Земский докторъ. Том 5. Красная земля - Андрей Посняков,Тим Волков Страница 53

По приказу старшего, пленников — или заложников, особой разницы нет — поместили в один из бараков с провалившееся крышей, у самого забора, рядом с уборною, под которую приспособили одну из ям. Сквозь щели в дощатых стенах барака можно было кое-что рассмотреть, а еще лучше — услышать.

Кроме самого Михаила, в артели всем распоряжался то самый бритоголовый здоровяк, звали его Ахметом. Артельному он, похоже, был предан, как цепной пес, на всех же остальных смотрел зверем, в случае нужды не стесняясь пускать в ход кулаки, а иногда — и хлыст, что постоянно носил за поясом. Впрочем, ярость его, насколько успели заметить пленники, распространялась отнюдь не на всех. Пару-тройку угрюмых парней, судя по всему, деревенских, он не трогал, хоть иногда на них кричал.

— И что будем делать, Иван Палыч? — негромко спросил Роман Романыч. — Зачем мы им? Убьют?

— Хотели б, еще раньше убили, — ответил доктор.

Родион скривился. Круглое крестьянское лицо его выражало полное безразличие.

— Но, спутников-то наших-то они убили! — бывший студент в отчаянье повысил голос. — И ничто их не удержало! Хотя, понимаю… они сами смертники. Я все ж таки медик… почти… два курса отучился!

— И что скажешь, медик? — погладив разбитую губу, хмыкнул Родион. — Мы тут все сдохнем? Интересно, кто быстрее — мы или они? Наверное, все-таки — они! Он же тут дольше!

— А вот это хорошая мысль! — доктор невольно улыбнулся. — Вполне даже оригинальная. Что же касаемо нас… Возможно, мы нужны им, как заложники. Ведь тот же Михаил, судя по всему, человек неглупый, хоть и безбашенный…

— Какой, какой? — вытащил глаза Родион.

— Ну, псих.

— Это уж точно, ага… А почему же неглупый?

Иван Палыч потрогал голову — болела, да, но, вроде как — не смертельно. Вздохнул и, понизив голос, кратко поведал товарищам по несчастью то, что ему рассказал старший брат артельного, смертельно больной Василий.

— А! Вон оно что — сокровище! — ахнули Родион. — То-то я монетку нашел…

— Значит, не кирпичи они ту делают, — Роман Романыч покачал головой. — Ну, я так и понял. Делали бы кирпичи, было бы легче подать весточку. За кирпичами бы приезжал, покупали, увозили бы… Все — люди! Иван Палыч! А я ведь так полагаю — нас скоро будут искать!

— Да, — рассеянно кивнул доктор. — Только никто ж не знает, куда мы конкретно направились. Да, разберутся, в Совете у нас не дураки. Думаю, уже завтра отправятся на поиски… Но, опять же — время! У нас его мало… Вполне можем и того… Сибирская язва — штука опасная. Эх, подать бы о себе знак! Ладно, будем думать…

Студент вдруг оживился:

— А я вот думаю… Болезнь, даже самая страшная и заразная, она ведь далеко не всех берет! Вот, Средние века возьмите. Там то чума, то холера, то проказа. Треть вымирала! Ну, две трети… Остальные-то выживали! Без всякой гигиены, без всяких знаний… Ну, все же люди не вымерли! Так и здесь — кого-то зацепит болезнь, а кого-то — нет!

— Э, городской! — сплюнув, лениво протянул Родион. — Это называется — Божье соизволение. Молиться надо — я вот молюсь.

— А я — агностик! — сверкнул глазами Роман Романыч. — Я в Бога не верю!

— Ну и дурак!

— Так! Спокойно! — доктор махнул рукой. — Не хватало нам еще промеж собой разобраться… С другой стороны — это хорошо, что вы собачитесь! Значит — силы есть. Давайте думать, как спасаться будем? Итак, в нашем бараке объявляется мозговой штурм!