Тень землянки - Алла Железнова Страница 53

— И сколько живете вы?

— Пятьсот одиннадцать гелеонских лет.

Хорошо, что я не держала в этот момент во рту ложку.

— Знаете, профессор, а вы неплохо сохранились, – улыбнулась я скромно.

— Неужели? – усмехнулся тот. – Сочту за комплимент.

— Скажите, профессор. Почему вокруг вас не клубится темное облако, как у мужчины, что сопровождал леди Эливейн?

— Наша Тьма проявляет себя либо по нашему желанию, либо во время выхода наших эмоций из-под контроля. В обычный будничный день она и не должна быть явной окружающим. Достаточно того, что она всегда является нашей частью.

— В тот день, на совете, мне показалось, что дымка колебалась излишне агрессивно вокруг него. Будто у нее есть свой разум и свое мнение в отношении нас.

— Как бы вам объяснить… Она сама неотъемлемая часть нашего разума. Та часть, которая может самостоятельно выйти из-под контроля. Некоторые внезапные решения принимаются с ее подачи. Порой там, где не может найти выхода тень, за него решает его Тьма. Она как третье полушарие мозга, – усмехнулся Мистиф. – Та мана, которую искали земляне в Эливейн. Обращению с Тьмой нас учат в специализированной школе. В жизни каждого сарфирийца возникает этап, когда приходится считаться с желаниями нашей Тьмы, и при этом не позволить им затуманить сознание.

— Например? – затаила я дыхание, улавливая схожую связь с действием гормонов на организм человека.

— Например, в выборе своей пары, – Мистиф выдержал паузу. – Тьма выбирает себе девушку по вкусу, нас притягивает к себе ее магия. И если вдруг избраннице Тьма не понравилась, тень испытывает дикий дискомфорт и мучения. Мужчине как-то приходится приспосабливаться к этому, сохранять чистоту своего разума, держать темную сторону в узде.

— Вот как? Выходит, вы выбираете пары только в кругу своего вида? – отчего-то вдруг в груди кольнуло разочарование.

— Почему же, у нас за последнее столетие были опыты образования связей с иномирцами. И весьма удачные. Примером тому служат Мол, Шелли и Алекс, с которыми вы теснее познакомитесь на занятиях.

Снова имена с Земли?! В этот момент динамик в столовой озвучил время, и медик со вздохом начал собирать тарелки на поднос.

— Спасибо вам за компанию. Вам удалось отвлечь меня, – затараторила я поспешно, опережая его уход. – И заинтересовать. Вы будто открыли мне глаза. Вокруг столько всего интересного. Отчаяние слишком сильно поглотило меня.

— Рад, что был полезен сегодня, – в голубых глазах проскочили искорки. – Отсыпайтесь. Завтра утром жду вас в своем медицинском отделении.

И он ушел работать. А вечером я сидела на уютном диване в прихожей жилого отсека, что был выдан лично в наше пользование. Передо мной и Дайске возбужденно расхаживала Ольга.

— Обуза! Представляете? Он так и сказал! Не знаю, как мне удалось удержать бесстрастную маску. Я готова была ему глаза выцарапать, особенно когда поняла, что блондинки механики и тут… «блондинки»!

Я непроизвольно весело хрюкнула, а навигатор едва сдержал снисходительную улыбку.

— В целом работа ничем не отличается от моей прежней, но этот кошак все портит. И разит от него за версту.

— Кстати, его раса зовется итарцами. К какому семейству он принадлежит?

— Да черт его знает, – рухнула она рядом. – Даже если бы и спросила, вряд ли получила ответ.