Любимая двойная попаданка - Дора Коуст Страница 54

Я же хотела обезопасить себя со всех сторон, однако времени на правильные формулировки мне никто не дал. Лишь надеялась, что моих слов будет достаточно, чтобы заставить Даяну выполнить договор, а иначе…

Даже сейчас я просто импровизировала, уповая на то, что слова обеих сторон равноценны. А пресловутое «Да будет так!» и вовсе пришло в голову из старых фильмов, но, едва я отпустила руку ведьмы, над нами натурально прогремел гром.

Золотое свечение осыпалось на деревянный пол.

Потирая побелевшую ладонь, Даяна смотрела на меня ненавидящим взглядом.

Опрокинув в себя зелье, я проглотила его, не чувствуя вкуса. Мгновенно стало нечем дышать. Схватившись за горло, я пыталась сделать вдох. Мензурка упала к моим ногам, а следом рухнула я.

Невыносимая боль оплела все тело. В ноги будто вонзили иглы, и, едва я сумела сделать вдох, с губ сорвался оглушающий крик.

Позади меня деревянная дверь содрогнулась. После второго удара ее сорвало с петель, а в зал таверны ворвался Арсарван. Русалки в своих человеческих ипостасях тут же ощетинились, покрылись чешуей и превратились в страшных монстров.

И только ведьма отступила к дальней стене, глядя на мои мучения с ухмылкой.

— Да чтоб у тебя сотня внуков была, проклятая старуха! — прогремело на весь остров.

Эта фраза принадлежала мне.

Глава 12

Между трезубцем и шпагой

Граф Арсарван ер Айверс Толибо

Крепко ухватив нежную ладонь, Арс до последнего держал Мари за руку. Все его нутро сопротивлялось тому, чтобы отпустить ее. И куда? В одиночестве в дом ведьмы — самой большой обманщицы, какую еще поискать.

Будь его воля, они даже не приплыли бы сюда. Прошлым вечером всего на краткий миг граф поверил в то, что Маша одумалась. Счастье захватило его без остатка, едва он понял, что она готова остаться. Остаться с ним, а значит, и в этом мире.

Но его радость длилась недолго.

Что она хотела проверить своим вопросом? Что желала услышать от него?

Он и так делал все возможное, чтобы Мари приняла верное решение. Пытался не давить на нее, действовал мягко, прекрасно понимая, что все решат чувства.

Чувства и здравый смысл.

Но Маша снова и снова сопротивлялась. Он видел, как подкосило ее его ранение. Целитель практически вытащил его с того света, и Арс это знал. Слишком расслабился за этот год.

Пытаясь быть мягче, стать частью общества, в которое вошел, граф продемонстрировал своим врагам уязвимость.

Недосягаемый Арс Айверс — вот как о нем говорили раньше. Аристократия боялась одного его имени и лелеяла собственные корабли и амбиции, когда их судна возвращались пустыми.

Когда «Морской Дьявол» становился на якорь в порту, на любой город ложилось почти осязаемое напряжение. Его с радостью встречали горожане и в ужасе провожали пузатые кошельки.

Все изменилось, едва он получил титул. Аристократия приняла его попытку влиться в общество за слабость, а горожане отвернулись, поставив клеймо толстосума. Он не стал своим там и перестал быть им здесь. Попытка жить иначе превратилась в ошибку.

Эти ошибки ему предстояло исправить, не наделав при этом новых, но как?

Как отговорить эту взбалмошную девчонку от глупости? Арсарван мог бы запереть ее в доме. Мог бы увезти на край континента и держать возле себя всю свою жизнь. Но разве так выглядит счастье?