Песнь Перна - Энн Маккефри Страница 55

Эльгион выпросил на кухне большой пакет с булочками и рыбными колобками, и они отправились в путь. Алеми уже бодро передвигался по суше, опираясь на костыль, и был несказанно рад любому предлогу выйти в море.

Как только они покинули бухту, надежно защищенную полукружием скал, ялик стал добычей ветра и бокового течения. Сидя на корме, Алеми не обращал внимания на обрушивающиеся на лодку брызги, когда их то подбрасывало на гребень волны, то кидало вниз, и играл роль молчаливого пассажира. Арфист же в одиночку сражался с румпелем и парусом, стараясь удержать лодку на курсе, который задал Алеми. Моряк уловил перемену ветра на несколько мгновений раньше Эльгиона, но, надо отдать ему должное как учителю, арфист отстал совсем не намного.

— Ветер стихает.

Алеми кивнул и надвинул шапку на другое ухо, приспосабливаясь к новому направлению ветра. Теперь, когда ветер едва надувал парус, они плыли, увлекаемые вперед глубинным течением.

— Что-то я проголодался, – объявил Алеми, когда с подветренной стороны из моря возникли кряжистые сизые отроги Драконьих камней.

Эльгион вытравил шкот, Алеми спустил парус и с привычной сноровкой намотал его на гик. По его указанию арфист закрепил румпель так, чтобы течение само влекло ялик вдоль берега.

— Почему-то на море, – с набитым ртом промычал Алеми, – еда всегда кажется вкуснее.

Эльгион только кивнул – он тоже отдал должное рыбным колобкам, хотя, отметил арфист про себя, нельзя сказать, чтобы он особенно перетрудился: всего-то держался за руль да время от времени перекладывал парус.

— Вообще-то, на море не так уж часто удается перекусить, – продолжал Алеми. – Мне не приходилось рассиживаться вот так с тех самых пор, как я подрос и меня приставили к сетям.

Он потянулся и невольно поморщился, потревожив сломанную ногу. Внезапно он залез в приделанный к борту ящичек и извлек оттуда леску, крючок и сушеного червяка.

— Очень кстати, – с довольной улыбкой произнес он.

— Не можешь сидеть сложа руки?

— Еще чего! Чтобы Янус потом зудел о пустой трате времени?

Алеми ловко привязал крючок к леске и наживил его.

— Вот так. Тебе тоже не мешало бы научиться. Или мастер-арфист не велит вам осваивать другие ремесла?

— Напротив, мастер Робинтон всегда говорит: чем больше знаешь и умеешь, тем лучше.

Алеми согласно кивнул, не сводя глаз с течения.

— Он прав. И то, что мы посылаем парней на воспитание в другие Морские холды, не решает вопрос, ведь правда?

Ловким движением юноша забросил леску – ее быстро отнесло от дрейфующей лодки, и она затонула.

Эльгион, старательно подражая моряку, бросил леску и уселся рядом с Алеми ждать результата.

— А что здесь ловится?

Алеми пренебрежительно поморщился:

— Скорее всего, ничего. Прилив в самом разгаре, течение сильное, да еще и солнце прямо над головой. Лучше всего клюет утром – если, конечно, не считать Падения.

— Так вот почему ты ловишь на сушеного червя – потому что он похож на Нить? – При мысли о коварных Нитях у арфиста мурашки пробежали по коже.

— Верно угадал.

В лодке воцарилось молчание – обычный спутник рыболовов.

— В лучшем случае желтохвостка, – изрек наконец Алеми в ответ на вопрос, о котором задавший его Эльгион уже и думать забыл. – Желтохвостка или вконец оголодавший голован – этот сожрет что угодно.