Физрук: на своей волне 2 - Валерий Гуров Страница 57

Я быстро переслал снимок Ане, которая всё это время продолжала долбить меня сообщениями:

«Где он?»

«Ты врёшь!»

«Я сейчас приду сама!»

Через секунду набор текста остановился. Три точки мигнули, потом исчезли. И наконец появилось уведомление — сердечко, поставленное на фото с псом.

«Вова, почему ты сразу не мог послать фотографию?» — написала Аня.

Я усмехнулся и набрал в ответ:

«Хотел, чтобы получилась красивая. Видишь, вышло как в журнале?».

Аня что-то писала, затем, похоже, стирала, затем опять начинала писать. Прошла с минуту, и она наконец ответила:

«Большое спасибо. Не забудь его покормить. Можно дать вкусняшку — в холодильнике у него жидкий корм. Я специально купила».

Ещё одно уведомление пришло следом:

«Пожалуйста, если тебе не сложно».

Я посмотрел на экран и улыбнулся.

— Мне не сложно, — сказал я вслух. — Только, дорогая, вместо твоего жидкого кошачьего корма твой пёс теперь будет жрать сырую говядину. И не просто жрать, а становиться бойцом.

Я откинулся на спинку стула, глядя на экран телефона, где на фото Рекс выглядел довольным, как ни в чём не бывало. Вот только, как я уже понял, это был никакой не Рекс…

Я глянул на часы — до десяти было ещё далеко. Как говорится, кто рано встаёт, тому Бог подаёт. И время у меня есть с запасом. Можно и для приличия заглянуть в учебник, понять, чем дышит современная школа.

Я нашёл среди своего барахла учебник по ОБЖ, пролистал пару страниц, прочитал начало введения.

— В одиннадцатомклассе молодой человек решает задачу выбора дальнейшего жизненного пути и устройства самостоятельной жизни… Ага, — пробормотал я. — Уже интересно.

Почитал дальше, постукивая пальцем по плотной белой бумаге:

— Молодёжь должна осознавать ответственность перед обществом и стремиться к духовным и нравственным ценностям… Вода, — хмыкнул я.

В восемнадцать лет, если парень ещё «решает задачу жизненного пути», значит, он уже безнадёжно опоздал. В моё время к этому возрасту ты либо пахал, либо пахали тобой. И тут особо без альтернатив.

Это в Союзе все жили, как у Христа за пазухой. Думали, что стабильность будет до конца жизни. А потом хренак — и нет ни стабильности, ни страны.

Перед глазами всплыли полупустые прилавки, очереди, люди, которые ещё вчера были инженерами, а сегодня торговали сигаретами у метро.

Тогда, когда Меченый разваливал Союз, все тоже думали — демократия, свобода, Европа…

— Хорошо хоть сейчас начинают понимать, что Европа — да ну её в жопу, — это правильно, — вздохнул я. — Всё это ОБЖ — бабка надвое сказала, лучше бы учили, как выживать, когда вокруг всё летит к чертям.

Ну, стало интересно, что за тема урока мне предстоит. Но прежде чем дальше, я пошёл на кухню, сделал себе кофе и, ударяя ложкой о кружку, вернулся к учебнику. Пролистал до первой главы и прочитал заголовок:

«Пожарная безопасность. Права и обязанности граждан в области пожарной безопасности».

— Так, — протянул я, отхлёбывая кофе. — Начинаем за здравие.

Начал читать: причины пожаров, требования законодательства, федеральные стандарты, ответственность за нарушения… всё то, что обычно влетает в одно ухо и тут же вылетает из другого.

— Бла-бла-бла… — прокомментировал я.

Понятно, что каждый гражданин обязан соблюдать правила пожарной безопасности… вопрос в том, что делать, когда вот так конкретно у тебя под боком полыхает?