Лекарь из другого мира - Маргарита Абрамова Страница 6

Вместо этого — бесконечная песчаная отмель, уходящая вдаль, и такая же бесконечная водная гладь, сливающаяся на горизонте с небом цвета битой яшмы. Море было спокойным, и лишь у самого берега накатывало небольшие, ленивые волны с белой пеной. Воздух солёный и влажный.

— Даша! — попытался позвать, но голос подвёл. Он звучал хрипло и непослушно, горло драло, как во время сильнейшей ангины, каждое слово было царапающей болью. А ещё нестерпимо кружилась голова и подкатывала тошнота. Мысли путались. Олеся… аппараты… консилиум завтра… таллий… вспышка…

Возможно, я и впрямь сам отравился таллием, пока использовал его для экспериментов. Отравление тяжёлыми металлами могло давать и галлюцинации, и потерю ориентации, и этот металлический привкус во рту. Все было надежно, но, быть может, поставщик обманул, и чистота реактива была фикцией.

— Даша! — крикнул я громче, как только смог, но крик сорвался на болезненный кашель. Звук просто поглотили простор и шум волн.

Может, и вовсе не было рядом моей практикантки. Последнюю неделю она часто мелькала перед глазами, вот и привиделась. Ее создал мой воспалённый мозг, чтобы был хоть какой-то свидетель моего безумия, хоть какая-то связь с реальным миром в момент его распада. Логично. Удобно. Страшно.

Я с трудом встал на ноги, пошатнулся. Я находился на берегу моря. Вокруг не души.

Не существует перемещений в пространстве, ни во времени. Эта аксиома, вбитая в сознание с первых курсов физики и подкреплённая всей практической логикой бытия!

Даже в моём безумном состоянии, на грани срыва, фундаментальные законы мироздания должны были оставаться нерушимыми. Эйнштейн, Хокинг, все учебники, все эксперименты — всё это кричало, что так не бывает. Тело не может быть разобрано на кванты, перенесено через неизвестные измерения и собрано заново на берегу неведомого моря. Это — чистой воды фантастика, бред, научная ересь.

Но ни я ли хотел недавно выйти за границы науки?! И обрести новую веру в медицину…

ГЛАВА 3

АЛЕКСАНДР

Пять лет спустя…

Пять лет. Целая вечность и один миг одновременно. Пять лет, которые можно было измерить тысячами бессонных ночей, проведенных над чужими гримуарами и собственными чертежами при свете масляной лампы. Время здесь текло неумолимо, отдаляя меня все дальше от прежнего себя, к которому не было возвращения.

За эти годы я перестал быть Александром Грачевым, отчаявшимся врачом из другого мира, а стал доктором Грачем. Основателем и главным врачом «Приюта Грача» — единственного места в этом городе, да и без ложной скромности, на округу, где лечили не только травами и заговорами, но и тем, что здесь считали запретным знанием: методами, отдалённо напоминающими земную медицину, помноженными на обрывки знаний, добытых мной в этом странном мире. Я лечил. Собирал по крупицам репутацию. От безумного чужака до последней надежды для безнадежных. И тщательно скрывал, кто я и откуда на самом деле.

Вернуться у меня не получилось. Это было первое и самое горькое признание, на которое ушли месяцы. Я потратил уйму времени, пытаясь понять природу перемещения. Но это было невозможно. Собрать идентичный аппарат в этом мире, напоминающем средневековье, было нереально. Здесь не было микросхем, точных измерителей частоты, чистых химических реактивов. Здесь только зарождалось электричество, и то в виде диковинки у пары сумасшедших изобретателей, что уже говорить о таллии и прочих элементах таблицы Менделеева. Их здесь просто не существовало в чистом виде, или они носили иные, сказочные названия и обладали непредсказуемыми свойствами. Мои расчёты, мои формулы были бесполезными иероглифами в мире с иными фундаментальными константами.