Любимая двойная попаданка - Дора Коуст Страница 61

Продемонстрировав ему хвост, я как следует обрызгала им графа. Во мне кипела обида. Уж для ревности я точно повода не давала.

— Ладно, извини. Я действительно погорячился. — Поймав за руку, граф притянул меня к себе и признался: — Мне хочется выколоть глаза всем, кто смотрит на тебя. Я, наверное, сошел с ума.

— Только если чуть-чуть, — улыбнулась я смущенно.

Веки закрылись непроизвольно, едва на губы обрушился мягкий поцелуй. Это был наш первый поцелуй, когда я выглядела собой. Ну или почти собой, учитывая русалочий хвост.

Похоже, для Арсарвана ничего не изменилось. Он смотрел на меня с той же заботой во взгляде, с тем же желанием и огнем, с той же искренностью. Точно так же гладил щеку ладонью и касался большим пальцем моих губ, открывая их для нового поцелуя.

Неужели внешность для него действительно не имела значения? Эта проблема существовала только в моей голове, но смотреть в свое отражение на водной глади теперь было приятно.

Я ощущала себя комфортнее настолько, насколько вообще может ощущать себя человек с внезапно отросшим хвостом.

Но кое-что все же легло сладким бальзамом на мою душу.

— А я уже говорил тебе, что ты красивая? — спросил он с хитринкой во взгляде, едва оторвался от моих губ.

— Не говорил, — прошептала я хрипло.

— В тебе всегда все красиво, Мари, — улыбнулся он, удерживая мое лицо в ладонях. — Мне нравится даже твой хвост.

Окунувшись в воспоминания вчерашней ночи, я вновь поймала себя на улыбке. За эти два дня мы с Арсарваном снова сблизились. Мое решение остаться, несмотря на последующие за этим трудности, словно разбило невидимое стекло, стоявшее между нами.

Впервые за все эти дни я выдохнула с облегчением. С моих плеч свалился огромный груз, и я была готова с честью встретить последствия.

А они ведь будут. Герцог Рейнар ар Риграф однозначно захочет вернуть душу своей сестры, когда узнает о ее исчезновении.

Эльнюс и Бергамот уже покинули нос корабля, а потому я обогнула судно и забралась в сетку вместе с сундучком. Она частично погружалась в море, чтобы я могла касаться воды. Если бы знала, что в невозможности вернуть ноги виновата соленая вода, давно попросила бы поднять сеть повыше.

Сдвинув простую защелку на сундучке, я подняла деревянную крышку. Среди частично разложившихся записок со следами размывшихся чернил нашелся ничуть не потерявший своего блеска браслет с темными камнями. Под светом звезд угадать металл было трудно, но украшение выглядело дорогим.

Если так и дальше пойдет, я сама стану ходячим прииском. Все же самообеспечение для любой женщины — это первый шаг к независимости, а значит, и к более выгодному положению в семье.

Семья… Поймав себя на этой мысли, я снова улыбнулась. Меня охватывала мелкая дрожь предвкушения и страха. Мечты о будущем, в котором есть Арс, где мы семья, навевали на меня почти осязаемый трепет.

Работа, учеба, дом и друзья — настоящее всегда казалось мне полноценным и цикличным. Моя личная семья виделась мне чем-то размытым и достижимым в неопределенное время.

Теперь же моя жизнь действительно становилась иной. Это так прекрасно, когда ты не один. Когда каждый день есть тот, кто любит тебя со всеми твоими тараканами, характером и привычками. Тот, с кем хорошо и в горе и в радости.

Ощутив, как сетку начали рывками подтягивать, я смахнула с уголка глаза слезу и улыбнулась, задрав голову. Арсарван поднимал сеть вместе с матросами. А едва мы поравнялись, граф прижался к моим губам в коротком поцелуе.