Земский докторъ. Том 5. Красная земля - Андрей Посняков,Тим Волков Страница 63

Грохот сменился оглушительной, звенящей тишиной. Слышен был только тяжелое, прерывистое дыхание Романа Романыча да стоны раненого старика.

— Доктор! — обернулся к Ивану Родион. — Дед-то ранен!

Врач в нем проснулся мгновенно. Иван пополз к старику. Сельчане уже перевязывали ему плечо тряпкой, из которой сочилась темная, почти черная в лунном свете кровь.

— Дайте посмотреть.

Его пропустили. Кто-то достал из-за пазухи фляжку с самогонкой. Иван принялся за работу, отрезая кусок от своей и без того разорванной рубахи для чистого тампона. Руки сами помнили нужные движения.

Через несколько минут все было кончено. Пуля прошла навылет, кость, слава Богу, не задела. Старик, бледный, но в сознании, кивнул Ивану в благодарность.

* * *

Дорога в Зарное заняла остаток ночи. Шли медленно, осторожно, неся на импровизированных носилках из жердей и плащей раненого старика — деда Архипа. Рана оказалась не смертельной, но потеря крови и возраст давали о себе знать. Иван Павлович шел рядом, постоянно проверяя повязку и пульс.

Едва дошли до первых домов, как Иван Павлович остановил шествие и велел ждать. Сам сходил до больницы, принес карболку, спирт и тряпки и велел тщательно обработать ими одежду и тело. Потом, уже у больницы, сказал скидать одежду — Аглая уже разожгла огонь и кипятила воду в огромной чане, приспособленном для дезинфекции одежды.

И Конечно же осмотр, тщательный, пристальный, да не один. Доктор оглядел всех — на наличие язв, ранок, повреждений. Потом принялся расспрашивать каждого — самочувствие, ломота в костях, температура. Все чувствовали себя хорошо и Иван Павлович на время немного успокоился.

Когда самые неотложные дела и обработка были закончены, а деда уложили на в стационар, пришло время решать что делать дальше.

Нужно вновь отправлять экспедиции — другого слова и найти для этого мероприятия сложно! Во-первых, освободить людей и осмотреть оставшихся там людей. Во-вторых, захоронить как следует тела Михаила и Ахмета. В-третьих, разобраться наконец с кладбищем, красной глиной из могил и кирпичами. Будь они прокляты!

А еще же ведь и саперов нужно где-то достать… Артель то ведь заминирована. Да, не так-то все просто будет.

Вместе с Родионом и остальными людьми стали обсуждать план: сколько лодок собрать, сколько человек послать, как подойти, чтобы на минах не подорваться.

Пока мужики совещались, Иван попросил у Аглаи чернил и бумаги.

Письмо он адресовал Петракову. Кратко, четко изложил суть дела: описал артель, условия, побег и то, что зарненские мужики готовятся идти на выручку. «…ситуация чрезвычайная, и действовать приходится по совести, а не по уставу. Буду признателен, если сохраните это письмо и при случае дадите знать Уездному Обществу…»

Потом запечатал записку и отдал Аглае, попросив при первой оказии отправить с надежным человеком в уезд.

Иван Павлович вышел на крыльцо. Рассвет только-только начинал размывать черноту ночи на востоке. В селе уже кипела работа: мужики готовили лодки, проверяли оружие, говорили негромко и деловито.

Хотелось спать и тело ломило от усталости, но отдыхать рано. Как бы Рябинин, пронюхав опасность, не начал зачищать следы. А ведь делов — только активируй эти мины и ни самой артели, ни свидетелей в одно мгновение не останется.