Песня скорпионов - Алексей Щербаков,Елена Прудникова,Юрий Нерсесов Страница 65

— Давайте без протокола. Я понимаю: вы не убивали и не договаривались с Пхунмилаво об интервью. Но, может, обронили пару слов — что, мол, хорошо бы с ним встретиться? Или о том, что он с вами хотел пообщаться? А вас кто-то услышал? Постарайтесь вспомнить…

Журналист так возмутился, что даже поперхнулся мутной жижей.

— Интервью? Я лучше с гаремным евнухом стану кофе пить, чем с этим… разговаривать!

— С чего такая ненависть?

— После переворота он первым побежал предлагать свои услуги уммаханцам, сдал им много ценных документов, и только когда понял, что его поимели и выкинули, объявил себя вернейшим соратником и наследником покойного президента.

— Откуда вам это известно?

— Я много лет провёл в Джамхире, источники имею. Знаете, президент Ндумо был удивительным человеком, из тех редких политиков, кто считает, что он для народа, а не народ для него… И да, имей я возможность втихую пристрелить гниду — рука бы не дрогнула, но вот так… Увы, владеть ножом не обучен. К сожалению.

Опытный милиционер кивнул. Сидящий перед ним без сомнения искренне ненавидит убитого. Прямо давится от злости и руки сжимает, словно на чёрном горле.

— А вы не могли в сердцах бросить что-то вроде: «Прикончил бы мерзавца!» И тем самым навести преступника на мысль воспользоваться вашим именем?

— Да запросто! И если так, то и прекрасно! Очистка вселенной от дерьма — всяк хорошее дело. Ну и «Рассвет» теперь знает о происшествии больше любой другой газеты. — Нишич чувствовал поживу, и его дурное настроение как рукой сняло. — Не волнуйтесь, товарищ капитан: информация, которой вы со мной поделились, пойдёт в печать только с вашего согласия. Кстати, в кофе этого сорта — это ведь «Арракат», да? — можно добавлять чёрный перец, он забьёт кисловатый привкус.

— Честно говоря, купил, что подвернулось под руку… — Ивчев с интересом взглянул на этикетку кофейной банки. — Действительно, «Арракат»! Если у нас появится должность эксперта по кофе, обязательно порекомендую вас.

— Как говорят юные разведчики, «готов к боям и днём, и ночью». Жить шесть лет на Джалне и не разбираться в кофе может только язвенник. Между прочим, именно для них «арракат» особо не рекомендуется. Вы знаете, что означает это слово?

Вопрос был риторическим, и Радо с удовольствием продолжил просвещать собеседника.

— Арракат — это хищный паук, живет в пустыне, охотится на мышей и ящериц. От его укуса плоть парализованной жертвы становится полужидкой, и паучок её с аппетитом высасывает!

— Ну а если человека тяпнет? — допрос выруливал куда-то в сторону, но капитан против воли заинтересовался.

— Тоже ничего хорошего! — Журналист передёрнулся, его самого тяпали дважды. — Надо срочно вырезать место укуса, иначе появится язва, которая не заживает много дней, а часто даже гангрена. Тогда спасёт только срочная ампутация руки или ноги. Как-то раз паук укусил одного из погонщиков президентского каравана, сам президент и вырезал, а я смотрел. Ндумо начинал военным врачом и всегда носил с собой обезболивающее и инструменты. Так вот, возвращаясь к кофе: плохие сорта «арраката» при частом употреблении — гарантированная язва желудка, особенно если употреблять натощак.

— Вы и в пауках разбираетесь?

— Даже коллекцию собираю! Кстати, паук — символ главного злодея экзепристских церквей, Тарантоса!