Наследник для хозяина стаи - Эми Мун Страница 66

Потому что уже через пяток дней вдохновение резко пошло на спад. И зверь как ненормальный потянул обратно в Северное логово. До усрачки хотел почувствовать под собой маленькую сладкую омегу. Насладиться ее страстью и мягкой покорностью. А этот захват… Давид хотел добиться его снова. Ощущения — просто улет! Правда, Аврора вместо этого выпустила коготки, небезуспешно отвоевывая себе крохи контроля, но он сумел ее успокоить. Несколько раз.

Губы сами растянулись в улыбке. Малышка оказалась идеальна и в постели тоже. Инесса и рядом не стояла. Стоило подумать о волчице — и улыбка превратилась в оскал. Щеглова ойкнула:

— Господин Сабуров? Я сказала что-то не то?

Хрен его знает! Он вообще не слушал! Давид с трудом сфокусировался на женщине перед ним.

— Рад, что вам понравилась работа. К сожалению, у меня скоро совещание.

Чушь! Но девке сгодится и такое. Растянув надутые губищи, она закивала:

— Ах да, понимаю. Мой муж тоже всегда так занят…

Ну разумеется. Пышногрудая секретарша сама себя не трахнет. И минимум две каких-то бабы тоже — Давид чуял от Щеглова запахи других женщин помимо аромата законной супруги, и не был удивлен. Для своих лет мужик выглядел отлично. И сменил пятую женушку… Кстати, неплохая идея.

Давид застыл, пытаясь совладать с встрепенувшимся зверем.

Он и до этого думал, что их брак с Инессой себя изжил, но сейчас это желание приобрело особый, более глубокий оттенок. Зверь этого требовал! Вот паскудство…

— …может, поужинаем? — донеслось сквозь грохот крови в ушах.

И Щеглова подалась вперед, демонстрируя искусственное вымя. Давид едва успел проглотить рычание. Крохотная часть здравого смысла орала, что показывать клыки нельзя. Эта идиотка имеет слишком влиятельного покровителя, а стычки между людьми и оборотнями кране нежелательны, особенно для последних.

Поэтому пришлось стиснуть зубы и выдать максимально нейтральное:

— Не думаю.

Девка обиженно вздернула остренький подбородок.

— А вы подумайте!

Не понимает. А говорят, что рыжие — хитрые. Видимо, перед ним исключение.

— Тут камеры, госпожа Щеглова. И к ним имеет доступ правительство.

Идиотка мигом вскочила на ноги и бросилась прочь из кабинета. Наконец-то! Еще бы исчез этот приторно-маслянистый запах похоти — вообще было бы шикарно. Давид шумно вдохнул и откинулся на спинку кресла. Чувствовал себя поскудней некуда.

Но посидеть в тишине ему не дали.

— Господин Сабуров, к вам супруга, — чирикнул селектор.

— Я занят!

— Вместе со своей матерью.

Проклятье! Давид треснул кулаком по столу, но боль только подзадорила зверя. Выгнать двух надоевших самок и забыть уже про них насовсем. Но стая Умарова — отца Инессы — тоже не последняя по влиянию и численности.

— Пятнадцать минут, — отчеканил, буквально наступая себе на горло.

Дверь распахнулась, и порог переступила супруга под ручку с тещей. Обе в элегантных костюмах, увешанные цацками и с фальшивыми улыбками. В руках Инессы красовался пакет с модным логотипом.

— Фу, дорогой, — сморщила хорошенький носик. — Тут пахнет дрянью…

Проигнорировав «недовольство» Инессы, Сабуров кивнул Николь:

— Чем обязан визиту?

Волчица обнажила зубки. На ее тщательно оштукатуренном лице промелькнуло недовольство таким обращением. Но Николь, как и ее дочь, умела держать лицо.