Вороница. Пойманные души - Татьяна Морец Страница 66

Молчу. Амиран не лжёт, об этом говорит и его прямой взгляд вкупе с уверенным голосом. И моё чутьё.

— Если мой интерес к тебе не вызван печатью, которую ты оставила на мне, Эвара, – немного мрачно заканчивает сумеречник.

Такая унылая предпосылка никому не в радость. Разве что самому белобрысому магу! Закончится очередной оборот Золотого Светила – и он избавится от меня. Насовсем.

— У меня нет ответов, Амиран. Если так, вместе с ощущением о моём здоровье и чувством направления, уйдёт и твоя симпатия ко мне, – сухо отвечаю я. Но так будет лучше и правильнее. Кому будет приятно, что ты интересен из-за какой-то там печати?

— Не грусти, детка. Мы разберёмся с этой загадкой, как и с другими. Не успел сказать, твои сильные эмоции и волнения я также чувствую. И прямо сейчас тоже, – более оживлённо заканчивает мужчина, возвращая к себе задорный настрой. – И, Эви… Ты собралась на обед в сорочке?

В сорочке? Он так вывел меня из себя поцелуями, что я схватилась за платок, не переодевшись! А признания заставляют широко распахнуть глаза. Значит, он прекрасно осведомлен о моей симпатии к нему, которая как растущая луна, с каждым днём становится сильнее. И как избежать этого, я не понимаю.

Раздаётся стук.

— Фарн пришёл, – озвучивает Амиран и открывает дверь.

За ней стоят огневик и Рорри. Они принесли обед нам в каюту.

— Для трапезы женщинам нет отдельного места. Я подумал, тут Эваре будет удобнее, – поясняет Фарн.

— Хорошо, Эви! Так даже проще… без свидетелей. Мы отобедаем и заодно обсудим пророчество. Интересные вещи нам открылись…

Глава 18. Предвестники грядущего

В крохотных корабельных каютах столики крепятся прямо к стенам. Наш такой маленький, что на него никак не поставить грубый деревянный поднос с толстыми бортиками, поэтому Амиран умещает его на кровати.

Порывисто стаскиваю с головы платок. И зачем мучилась, наматывая его?!

Мне очень неловко, но я больше не могу терпеть и пользуюсь крохотной умывальней, спрятанной за ширмой у входа. В ней и одному маленькому человеку развернуться сложно. Но я отчётливо осознаю, как мне повезло. Мне не придётся спать в гамаках в общем трюме, где женщины отделены от остальных путешественников и членов команды лишь плотной шторой из ткани. А про общие уборные и подумать страшно.

С огромной радостью, кроме очистительного ведра, примечаю на полке стопочку хлопковых разноцветных выстиранных отрезов ткани и глиняный кувшин на крюке, полный воды. Для надёжности, за округлую ручку сосуд привязан: если соскочет во время сильной качки, то не упадёт на пол. Тут же маленький кусочек мыла, в нём проделана дырочка, и оно на тонкой бечёвке болтается рядом с кувшином. Мыло несимпатичного бурого цвета, но на удивление приятно пахнет, и хорошо пенится, когда я до скрипа отмываю им руки. Я позволяю себе потратить кусок ткани и чуть-чуть воды для тела и лица, с тоской вспоминая купель в «Красном Яхонте». Радуюсь, что прихватила достаточно мятных пластин для рта, а ещё у меня остался совсем небольшой кусочек магической губки для очистки. Она тает при каждом использовании, я приберегу её на случай, если вовсе не будет доступа к чистой воде.

— Отвернись пожалуйста, я переоденусь, – прошу я Амирана, как только выхожу из умывальни.

Сумеречный маг оставляет меня и тоже скрывается за ширмой лучин на пять. Пока его нет, вместо сорочки натягиваю штаны и длинную тунику с разрезами. Это наиболее удобная одежда из женского пирейского гардероба.