«Аромат любви» от сударыни-попаданки - Ольга Росса Страница 67

— Что поставили на кон? Надеюсь, не мой доходный дом на Тверской? — больше всего я боялась именно этого.

— Нет, что вы, Варвара, — супруг изумлённо вскинул брови, его пальцы сильнее сжали мою ладонь. — По закону я не могу распоряжаться вашим имуществом без вашего согласия, поэтому поставил на кон свою аптекарскую лавку.

— Отрадно слышать, — облегчённо вздохнула я, сделав поворот, и продолжила допрос. — Я так понимаю, отказываться от пари вы не намерены?

— Конечно нет. Я готов рискнуть и пойду до конца. Утру нос этим французам, — процедил он. Кажется, мой вопрос задел его.

— И каким образом вы собрались выиграть Гран-при? Сколько осталось времени до подачи заявки на участие?

Александр задумался, слегка кашлянул, прочистив горло, и ответил:

— Сама выставка начнётся в апреле. Русский отдел принимает заявки до декабря, — он сделал вид, что не заметил, как я нечаянно наступила ему на ногу. Никогда не блистала в танцах, а тут ещё разговаривать приходится.

— То есть всего четыре месяца?! — я прикинула в уме, что это очень мало по современным меркам. — У вас даже производство ещё не налажено. И какой парфюм вы собрались представить жюри? Погодите, дайте угадаю. «Наполеон»?

— Не переживайте, дорогая супруга, я всё успею, — твёрдая уверенность прозвучала в его голосе. — Представлю те три аромата, которые вы уже успели лицезреть, плюс создам ещё пару новых.

— Вы настоящий безумец, Александр Митрофанович, — покачала я головой. — Вас как парфюмера никто ещё не знает. Вряд ли комиссия примет вашу заявку, а вот у месье Брокара запросто. К тому же он уже был участником выставки и даже получил медаль. Я так понимаю, это не единственный ваш конкурент.

— Именно так, дорогая супруга. Ралле и Сиу непременно подадут заявки на участие, — теперь Островский серьёзно задумался. — Честно говоря, этот дурацкий спор вышел спонтанно. Я всё же надеюсь на поддержку Феррейна. Старик обещал подумать о том, как взять на реализацию мой парфюм.

Внезапно закончилась музыка, и пришлось завершить наш разговор. Муж взял меня за руку и отвёл к диванчику, где сидела хозяйка вечера в окружении дам. Они пили чай и болтали о светских новостях. Александр оставил меня, извинившись, и пошёл с мужчинами в отдельную комнату — я так понимаю, поддерживать старые связи и налаживать новые за дружеской беседой.

Женщины взяли меня в оборот по полной и начали расспрашивать обо всём: какое образование я получила, чем увлекаюсь и каким образом познакомилась с Островским. На этот счёт я не стала сильно врать. По факту мы с Александром впервые встретились год назад на выпускном балу в Мариинке, именно об этом я и рассказала собеседницам, приукрасив романтическим флёром.

Честно говоря, было ужасно скучно. Я устала от шума и любопытных вопросов. Пришлось пару раз танцевать, но уже с другими мужчинами. Они были оба женатыми и старше Островского. Насколько я помню, на вечерах и балах не принято супругам танцевать вместе. Наш танец был скорее исключением, а жаль — Александр танцевал лучше тех двоих мужчин.

Когда гости начали потихоньку расходиться, была уже глубокая ночь. Мы с мужем попрощались с графиней Облонской, поблагодарив её за чудесный вечер, и покинули особняк.

— Как вам вечер, Варвара? — задал вопрос Островский, когда мы ехали в карете по ночным улицам Москвы.