Земский докторъ. Том 10. Улыбка мертвеца - Андрей Посняков,Тим Волков Страница 69

— Вон… — осмотревшись, Свиряков указал рукой. — Вон там… мельница. Там они.

— И как же мы туда пойдем? — негромко осведомился доктор. — Ноги переломать предлагаете?

— А мы на мельницу и не пойдем, — Сергей Фролович неожиданно рассмеялся. — И впрямь, ноги ломать только! В трактире они местном обычно в это время шарятся. Ну, старшаки их. Слышите музыку?

Иван Павлович прислушался:

— Да-а… граммофон кажется… «На сопках Маньчжурии»… вальс… А пластинку-то заедает!

— Ну, так идемте, — скупо улыбнулся милиционер. — В трактире нас не убьют, хозяину от того прямой убыток. А старшаков я укажу. Вот, только как с ними говорить будем, не знаю… Ладно, придумаем что-нибудь.

— А что с ними говорить-то? — доктор поправил шляпу. — Можно ведь просто спросить. Насколько я понимаю, беглец ведь им не сват, не брат и не друг. Скажут!

— Ну, пошли тогда…

За заборами вдруг вскинулись псы, провожая путников злобным истошным лаем.

«Трактир братьев Скарабеевых» — гласила освещенная керосиновым фонарем вывеска. У крыльца, прямо на земле, спал какой-то пьянчужка.

— Надо бы подобрать, — поцокав языком, озаботился доктор. — Не май месяц — почки запросто отморозит. Да и за своих сойдем… Так сказать — за социально близких.

— Это в шляпе-то?

— Ах, да…

Сняв шляпу, Иван Павлович нахлобучил ее на торчащий из забора кол и, взъерошив волосы рукой, склонился нал пьяным… — Ну что, Сергей Фролыч? Потащили! Эх-ма-а! Где наша не пропадала? Огни притонов з-заманчиво мигают… По воскресеньям и и по праздникам… пропала молодость моя!

— Хо! Веселые! — встретилась на пороге какая-то разбитная девица в городском платье и в ярком орловском платке оголенных плечах. — Ой!

Девица вдруг обернулась и крикнула в прокуренный зал:

— Павлуша! Игорька притащили…

— Так он что же, не дошел? — от бильярдного стола обернулся мужчина лет тридцати пяти. Смуглый красавец-брюнет с напомаженной челкой и с небольшими — полоскою — усиками, в синем бостоновом костюме и дорогущих лаковых туфлях. На шее его поблескивала изящная золотая цепочка.

— Не дошел, — улыбнулся Иван Павлович. — Прилег у крыльца да уснул. Как бы почки…

— Что ж… Спасибо, что дружбана нашего подобрали…

Обаятельно улыбнувшись, брюнет пристально осмотрел вошедших. Прямо пробуравил взглядом, совсем как молодой чекист Максим Шлоссер!

— Федосия, подбери Игорька…

— Да я уже, Павлуша…

— А вы… Вы кто ж такие будете, господа хорошие?

— Делегаты мы, — тут же отозвался Свиряков. — Сказали тут дешево можно заночевать.

— Делегаты? — брюнет вскинул глаза и неожиданно расхохотался. — А-а! На баптистский съезд? Так вы, верно, толстовцы? То-то такие добрые… Ну, проходите уже… Эраст, укажи столик.

— Сей момент, Павел Петрович, сей момент… Товарищи, прошу…

Подбежавший половой — кудрявый парень в красной косоворотке и с полотенцем на правом локте — шустро усадил гостей за свободный столик:

— Имею предложить борщ, щи, куриный супчик, консоме! На второе — поджарка, бефстроганов, рулет… Предупреждаю — цены коммерческие.

— Несите, пожалуй, борщ, — улыбнулся доктор. — Две порции!

— Водочки-с?

— По пол-ста.

— Сей момент!

— Это Сохатый! — едва половой ушел, тихо промолвил Сергей Фролович. — Ну, брюнет тот… Сохновский, Павел Петрович. Бывший царский поручик, а ныне — местный бандит. Но, с головой дружит.