Тень землянки - Алла Железнова Страница 70

Девушки ошеломленно ахнули, от чего я насторожилась, но все же закончила:

— После я без сил и других снов провела остаток ночи.

— Поразительно! Она тоже почувствовала в ней жизнь, – ахнула Ксюша.

— Как мне еще далеко до всего этого, – огорченно вздохнула Шелли.

— Будет и на твоей улице праздник.

— Я не очень понимаю… – начала я, но была перебита:

— Ты кушай, кушай.

Я черпала ложкой бульон и слушала пояснения.

— Наши подозрения с Ксюшей совпали. Две головы лучше одной. Сомнений нет, с тобой в контакт вошла сила, порожденная нашей богиней, – заговорщицки прошептала Шелли.

— Имя нашего божества – Солун. И это не та религия, которая доступна вам на Земле. Богиня живое создание. По ее воле моей маме удалось вернуть зрение. Сомневаюсь, что в ее силах поправить твое здоровье, но то, что ты смогла прикоснуться к тьме – знак довольно однозначный.

— Какой?

— Солун готова принять тебя, на том свете или этом – мы не знаем.

— Звучит не очень оптимистично…

Шелли огляделась и решилась задать мучивший ее вопрос.

— Скажи честно, тебе нравится наш профессор?

— Шелли! Разве можно вот так прямо?! – толкнула Ксюша сестру в бок.

— Но откуда вы… – раз они уже все знают, есть ли смысл что-то скрывать от двух волшебниц. И как им удается так быстро с темы на тему перескакивать?

— Расскажи лучше, как на Земле люди объявляют друг друга парой? – нахмурилась Ксения, приняв серьезный вид.

— Ну… по большей части сначала мы оцениваем пару визуально, влюбляемся глазами, потом находим общие интересы, и, если в компании друг друга нам комфортно, организм под влиянием гормонов испытывает влечение. Порой влечение и симпатия бывают обоюдными, порой безответными, бывает, партнеры зачастую притворяются, чтобы сойтись с половинкой из корыстных целей. А так, чтобы меж людьми возникла магия бессмертной любви – такого нет. Порой влюбленность с первого взгляда очень скоротечна. Люди в любой момент могут полюбить другого человека, образовать новые отношения.

— Да уж, – вдруг синхронно вздохнули девушки и переглянулись. – У нас все иначе. Все браки завязаны или на магии чародеек, или на магии крови. Смотря кто в паре. И пары образуются навсегда.

— И что, у вас никто не расходится? – изумилась я.

— Никто и никогда.

— Это невозможно. О таком только в книгах пишут, – не поверила я.

— Книги – это, конечно, хорошо, – затарабанила пальцами Ксения по столешнице. – Но, Ирочка, тебе надо меньше летать в облаках и больше приобщаться к народу. У нас браки заключаются на всю жизнь. Нюансы есть только у чистокровных итарцев, когда наиболее сильный самец может отбить самку, но и то в случае, если она его истинная половина. А так… – пожала она плечами. – В общем, у нас есть такое негативное понятие, как выгорание.

— Что-то об этом я слышала от Мистифа. Но поделился он этим очень туманно.

— Так вот, в законах сарфирийцев прописано, что никто не может навязать брак чародейке. Этот закон возвышает нашу расу над остальными чисто формально. Если чародейку вынудить на связь против ее воли, то она медленно и мучительно умирает, а вместе с ней погибает мужчина.

Кажется, мои брови поползли вверх.

— Если брак был заключен с тенями по обоюдному согласию, то живут тени ровно столько, сколько отведено чародейке. Пары волшебниц уходят за грань вместе с ней. Но если тени погибают, чародейки живут дальше, правда, бывали случаи, когда наши девушки сходили с ума, если у них не было второй и третьей связи.