Доктор-попаданка. Служанка в доме Ледяного дракона - Диана Фурсова Страница 71

— Дышит, — сказала Марина. — Но слабо.

Она достала мешочек с тёплым камнем, завернула в ткань, положила к ступням и ладоням — осторожно, не на голую кожу. Потом кивнула Лин:

— Воду. Тёплую. Маленькими глотками. И не горячую.

— Почему… — мать смотрела на неё как на ведьму.

— Потому что резко согревать — опасно, — коротко сказала Марина. — Он не печка. Он тело.

Мальчишка вдруг дернулся и резко вдохнул — как будто выплыл из-под воды. Глаза приоткрылись.

— Мам… — прошептал он.

Женщина разрыдалась громче.

Марина выдохнула.

— Как зовут? — спросила она.

— Тар, — прошептала мать.

— Тар, — сказала Марина, наклоняясь. — Слушай меня. Дыши. Вот так. Ты сейчас не герой. Ты пациент.

Мальчишка моргнул.

— Холодно…

Марина почувствовала, как метка под рукавом откликается — тонко, будто тянет её к источнику этого «странного холода».

— Откуда у вас этот холод? — спросила Марина у матери.

— Не знаю… — женщина всхлипнула. — После бала… после того, как герцога увезли… стало хуже.

Марина замерла на секунду.

Значит, пакт рвётся наружу. Или его рвут специально. И если холод идёт в деревню — это уже не «дворцовые игры». Это уже эпидемия.

— Лин, —сказала Марина тихо, — беги к Агате. Скажи: в деревне ледяная хворь. Нужны одеяла, камни, кипячёная вода по домам. И запрет на растирать. Поняла?

Лин кивнула, но не побежала сразу — взгляд метнулся к мальчишке.

— Я… я…

— Иди, — резко сказала Марина. — Ты спасёшь больше, если принесёшь больше.

Лин сорвалась с места.

Марина поднялась, кивнула матери:

— Я заберу его в лазарет. Там тепло и контроль. Вы идёте со мной. И если кто-то скажет вам «пей это» или «ешь то» — вы сначала спрашиваете меня. Поняли?

Мать кивнула, как под гипнозом.

Марина оглянулась на улицу — и увидела вдалеке дозорного Совета. Он стоял, смотрел, не помогая. Просто отмечая.

Марина выпрямилась.

— Передайте своему куратору, — сказала она громко, чтобы дозорный услышал, — что у него в деревне болезнь. И если он будет ставить печати вместо того, чтобы лечить, Совет получит не Север, а кладбище.

Дозорный отвернулся.

Марина выругалась и потащила носилки.

В поместье она вернулась с двумя больными — Таром и стариком из соседнего дома, который шёл своими ногами, но дрожал так, будто внутри него был лёд.

Агата встретила её у входа, лицо напряжено.

— Совет забрал половину запасов, — прошипела она. — Сказали: «на нужды». И закрыли погреб печатью.

Марина почувствовала, как внутри вспыхнуло.

— Погреб? — переспросила она. — Там же жир, мясо, соль…

— Им плевать, — отрезала Агата. — Они забрали и ушли. И ещё… — она кивнула на двор. — Куратор поставил своих людей на кухне.

Марина перевела взгляд: в кухню действительно зашёл чужой дозорный, и повар стоял с таким лицом, будто сейчас будет убийство.

Марина сжала зубы.

— Хорошо, — сказала она. — Тогда мы будем работать умнее.

— Умнее печатей? — Агата хмыкнула.

— Умнее людей, которые думают, что печать заменит мозги, — ответила Марина. — Где Грейм?

— Куратор держит его у себя, — Агата стиснула губы. — Как заложника.

Марина кивнула.

— Тогда я — временно Грейм, — сказала она. — И временно герцог. Кому не нравится — пусть идёт жаловаться Совету. Только сначала вынесет из лазарета ведро.

Агата посмотрела на неё — и вдруг коротко кивнула.

— Лазарет расширяем, — сказала Марина, разворачиваясь. — Гостевое крыло — под лёдную хворь. Отдельно от порезов. Нам нужна сортировка.