Пират: Красный барон. Капитан-командор. Господин полковник - Андрей Посняков Страница 76

Бывший судья желчно покривил губы:

— И кто же это, интересно знать?

— Некий сеньор Алонсо Гаррига. Владелец торгового судна, которое так и называется – «Барон Рохо»!

— О господи-и-и, – застонав, губернатор обхватил руками голову, казавшуюся огромной из-за пышно взбитого парика. – Опять эта секта! Мне кажется, вы не там ищете, господа. У меня вот есть сведения, что к убийству несчастного дона Кадафалка причастны иезуиты!

— Иезуиты? – капитан с лейтенантом удивленно переглянулись.

Барон де Мендоза наставительно поднял вверх указательный палец:

— Да-да, иезуиты! Вот кого бы нужно вам потрясти со всем пристрастием.

— Да, но… – капитан Кавальиш уныло подкрутил усы. – Ведь никаких иезуитов в городе нет, насколько я знаю.

— Явных – нет, – усмехнулся Мендоза. – Но несомненно, имеются тайные. Их просто нужно найти, а не тратить драгоценное время на разные там секты, понапрасну тревожа уважаемых в обществе людей.

Получив столь ценные указания, приятели вернулись к себе на гору Монтжуик, по пути кляня начальство в хвост и в гриву. Иезуиты, как пояснил уже в крепости за стаканом вина, капитан Педро, поддерживали в этой войне кандидатуру Филиппа Бурбона и, после взятия Барселоны англичанами, просто сбежали в Мадрид или еще куда-нибудь.

— Да что они, совсем идиоты, здесь оставаться? – патетически вопрошал Педро. – Давно б уже всех арестовали, а многие бы болтались в петле.

Громов ничего не говорил – думал, насколько это было возможно сейчас, за стаканом вина. Образ иезуита в начале просвещенного восемнадцатого века – это вовсе не жаждущий крови еретиков упертый фанатик с пылающим, как у «старых большевиков», взором, а человек вполне образованный, интеллигентный, умный… и вместе с тем не знающий жалости в своих тайных орденских делах.

Тот визитер… и стрелок с мушкетом… если это один и тот же человек – то почему б ему не оказаться иезуитом? Секта «Барон Рохо» – несомненное антихристианское зло, вот проклятый иезуит и воспользовался Андреем, по сути, подставив его… а заодно – и несчастную баронессу Бьянку! Могло так быть? Да конечно могло. Только вот Громов даже лица незнакомца не видел, а по голосу вряд ли сможет узнать. И что остается делать? А ничего! Искать, как искал, капитана Гарригу. Правда, нынче придется действовать самому, без агентов – не надо посвящать в поиски лишних людей, тем более что по-каталонски молодой человек уже говорил достаточно бегло, и даже освоил кастильский.

И все же, по здравому размышлению, для начала Андрей отправил в гавань слугу – просто пошататься да пособирать сплетни. Жоакин явился еще до обеда с разбитым носом – зарядили в какой-то таверне в лицо, едва только услышали о капитане Гарриге.

— Видать, редкостный поддонок этот капитан, – покачал головой сеньор лейтенант. – Раз уж тут его так «любят». Впредь нужно быть осторожнее. И кто тебя ударил, запомнил?

— Да уж запомнил, – смыв под рукомойником кровь, Жоакин обернулся и шмыгнул разбитым носом. – Хозяин таверны «Два креста» – жилистый такой, чернобородый, бывший матрос или даже боцман.

— Откуда знаешь, что матрос? – насторожился Громов.

— Да видно, – Жоакин пригладил волосы. – Широкие плечи, рыжая, с проседью, борода. Ходит вразвалочку, на левом запястье татуировка – якорь, да и зовут его все – Камило Моряк, ага.