Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 2 - К. Рэдлиф Страница 76

— Да, его схватили сразу же. – Цинь Фэнчжан чуть сгорбил плечи, чувствуя тепло от ладони Цзэ Сюланя. Оно дарило некое спокойствие и придавало сил. – Но он был готов. В его рту нашли таблетку с ядом. Он умер раньше, чем ему успели задать вопросы. Скорее всего, у него было достаточно сообщников.

— Ты говорил, Янь Тэ – сын заклинательницы. Думаю, стоит связаться с кланом Янь и попросить их вспомнить, откуда у них этот ребенок. А еще следует немного расследовать происхождение и работу чиновника, выпустившего иглу. Знаешь, мне кажется, мы сможем найти кое-что интересное.

Цинь Фэнчжан согласно кивнул:

— Хорошо. Я сделаю все, как ты говоришь. – Он вдруг поднял глаза, и в них мелькнула искренняя благодарность. – Я… Ты знал, что если бы не ты, то я бы пропал?

— Брось. – Цзэ Сюлань рассмеялся, откидывая назад прядь черных волос. – Ты даже не представляешь, насколько случайна наша встреча.

«Чэнь Хуан, какая судьба ждала Цинь Фэнчжана в оригинальной новелле?»

[Ну, я не прописывала, но, знаешь, учитывая то, что Яо Вэньмин захватил власть и среди смертных, и среди заклинателей, он либо мертв, либо живет себе спокойно без забот и проблем.]

— Кстати, у меня для тебя кое-что есть… – Цинь Фэнчжан встал из-за стола и пошел к дверям, чтобы взять с полки черную шкатулку. Он принес ее с собой и оставил там. Цзэ Сюлань даже не обратил внимания и точно не думал, будто это нечто важное, что хотят показать ему.

— Я подготовил тебе подарок… В честь того, что ты взял новых учеников. – Пальцы Цинь Фэнчжана скользнули по лакированным фениксам, закрутившимся в танце. – Я думал, что вручу его в более приятной обстановке, но как вышло. Держи.

Цзэ Сюлань с щелчком открыл шкатулку. На бархатной черной обивке лежала шпилька для волос. Два золота, солнечное и лунное, сплелись в изящную спираль, а на конце, в центре слияния двух вихрей, мерцал рубин. Вещь была действительно безумно дорогой и искусной, это понял даже Цзэ Сюлань, который совершенно не разбирался в ювелирных украшениях.

— Не кажется ли тебе, что подарок слишком роскошный для поздравления?

— Не кажется. Я император, если ты не забыл. – Цинь Фэнчжан встал с места и взял шпильку. Он зашел за спину Цзэ Сюланю и ловко заколол ему волосы. – В этой стране не осталось никого, кроме тебя, кто бы смог назвать меня «Фэнчжан». Только за это я должен подарить тебе куда больше, чем просто заколка.

[Теперь тебе придется научиться заплетать волосы со шпилькой, чтобы не обидеть императора.]

* * *

Янь Хуа прибыла в сжатые сроки. Ей пришлось преодолеть весь путь на мече, без каких-либо удобств и почти без остановок, сжимая зубы от ярости. Ей, лучшему лекарю во всей стране, буквально приказали явиться в императорский дворец! Конечно, текст письма звучал не как приказ, но слова в нем явно давали понять, что не явись она в столицу, и смерть главы Цао станет ее ответственностью и пятном на ее репутации! Когда евнухи привели ее в павильон лекарей, она еле сдерживала дрожь в руках от злости и унижения. Ее обычно безупречные волосы были спутаны, шелковые одежды – покрыты пылью, а лицо… Что ж, если бы кто-то осмелился упомянуть ее бледность или тени под глазами, она бы вырвала ему язык.

— Чтобы я еще раз сорвалась и полетела в такую даль, – пожаловалась Янь Хуа. В павильоне было много людей, в том числе и мастера ее ордена, поэтому женщина могла позволить себе только изящную усталость и благородные страдания.