Колючие дела Рози и Адама - Меган Баннен Страница 76

— Ро-Фо, сколько раз ты доставала меня за все эти годы? А сколько раз за последние десять дней? Я заслужил это маленькое удовольствие.

Утро выдалось чудесное, над головой простиралось безоблачное синее небо. Дороги вокруг заповедника были накатаны и содержались в полном порядке благодаря нескончаемому потоку туристов. А Рози еще грела мысль о том, что она наконец-то переоделась в мягкую батистовую рубашку приятного приглушенно-бирюзового цвета и сшитые на заказ джинсы с высокой талией, заправленные в сапоги из нежнейшей бирюзовой кожи страуса. Весь этот великолепный наряд скрывал под собой прелестное белье. В таком приподнятом настроении она теперь в сто раз сильнее верила, что рано или поздно они выберутся.

Она также нанесла на запястья и шею лавандовый аромат, который Мёрси включила в коробку материальных радостей. Если уж она не могла оказаться дома, то хотя бы могла пахнуть как дома. И возможно, крохотная-прекрохотная частичка держала в голове одеколон Адама, когда она откупоривала флакон этим утром.

Шляпу, однако, она оставила в «Драконьем гнезде»; не было причин надевать ее, когда она собиралась летать.

Они прибыли к северному краю озера Вандерлинден после двадцатиминутной прогулки. Обычно единственным способом попасть к северному берегу озера был путь через дракологический исследовательский центр, но существовала подъездная дорога, которой пользовались танрийские маршалы, назначенные на охрану заповедника. Разумеется, Рози и Дакерс в настоящий момент не охраняли заповедник и, следовательно, не имели ключа от ворот упомянутой подъездной дороги. Зато они прихватили болторезы из набора инструментов Адама, которыми Дакерс перерезал старомодный висячий замок с приятным звуком «ка-чанк».

— Это ведь не считается взломом и проникновением, если мы офицеры правопорядка, верно?

— Сперва делай, вообще не думай, – сказала Рози. – Пошли.

Они прошагали по подъездной дороге и добрались до берега как раз вовремя, чтобы увидеть, как драконы прилетают из гнезд для ежедневного ритуала скольжения по воде и принятия солнечных ванн на берегу. Драконья популяция Танрии была невелика, но добрых два десятка особей разгуливали здесь этим утром, издавая милые трели, их розовая чешуя переливалась в утреннем свете.

Одна из драконих, находившаяся подальше в воде, подняла голову, принюхалась и оживилась. Ее хвост поднялся и начал вилять, а рога задрожали от волнения.

Дакерс сложил руки рупором у рта и заорал:

— Мэри Джорджи-и-ина!

«Мип! Мип! Чирр-чирруп!» – пропищала дракониха высоким щебетом, который совершенно не соответствовал ее огромным размерам, и помчалась через озеро к ним, не теряя времени. Дакерс подпрыгивал у кромки воды, размахивая кулаком и подбадривая дракониху, которая неслась на него. Она сбила его с ног, словно умопомрачительно огромный и восторженный золотистый ретривер, и ласково ткнулась мордой в шею.

— Я тоже по тебе скучал, родная, – сказал он ей, сносно изображая Фрэнка Эллиса, который вырастил именно этого дракона из детеныша. Трудно было осознать, что эта шеститонная розовая ящерица десять лет назад была достаточно мала, чтобы прицепиться к груди Эллиса, но, поскольку Дакерс в то время работал в паре с Фрэнком Эллисом и Твайлой Баннекер, у Рози не оставалось выбора, кроме как поверить в это.