Затерянные во времени. ДНК из прошлого - Светлана Малеёнок Страница 77

Мы уселись на траву и принялись потрошить свои рюкзаки. Игорь первым достал из своего странный штырь — металлический, с рифлёной рукояткой. Наверху — небольшая кнопка, окружённая светящимся кольцом.

— Похоже, это оно, — пробормотал он.

Мы сгрудились вокруг него и, воткнув штырь в землю, нажали на кнопку. С тихим гудением от него во все стороны разошлась полупрозрачная волна, образуя купол диаметром в два метра. Он мерцал, словно дрожащее марево, и казался хрупким, оставалось лишь верить его изготовителям, что это надёжная защита.

Вскоре вся поляна покрылась этими куполами — десять дрожащих полусфер, будто гигантские мыльные пузыри, тускло поблескивали в последних лучах заходящего солнца, пробивающихся сквозь густые кроны деревьев.

— Ну, с одним справились! Теперь давайте посмотрим, что нам еще пригодится для ночлега, — Игорь уселся в центр своего защитного купола и вытряхнул на землю все его содержимое.

И тут земля содрогнулась, отчего я подпрыгнула на месте, словно шарик от пинг-понга.

— Это что, землетрясение? — пискнула Милана.

— Это похоже на гнев горы, — с испугом заговорила одна из девушек — аборигенок.

Земля снова содрогнулась, будто от удара гигантского молота. Из глубины леса вырвался рёв — не просто звук, а физическая волна, от которой задрожали листья на десятиметровых древовидных папоротниках. Это был голос самой тьмы: низкий, вибрирующий бас, переходящий в пронзительный скрежет на верхних нотах, словно раскалывался базальтовый утёс.

Мы вскочили, испуганно вертя головами и не зная, откуда ждать опасность. Казалось, этот звук звучит отовсюду.

Сначала пришёл ветер — внезапный порыв, от которого затрепетали листья на ветвях кустарников. Потом наступила тишина, в которой даже цикады замерли. И вдруг — БАХ! Словно гигантский барабан лопнул у самого черепа. Я упала на колени, чувствуя, как желудок подкатывает к горлу. Этот звук не слышался — он проникал: сквозь кожу, сквозь мышцы, до самых костей. Казалось, сама земля стонет от боли. Но теперь я чётко услышала, откуда приближается опасность!

— Быстро всем под купола! Быстро! И не двигаться! — прошипела я, в мгновение ока оказавшись у генерирующего защитное поле колышка, и на автомате обвила его руками, как утопающий хватается за соломинку.

Все также метнулись к своей, кажущейся эфемерной защите, и в глазах у каждого читался немой вопрос: «Сколько она продержится? И сколько таких тварей бродит поблизости?»

И вдруг мой взгляд упал на траву. Она была не просто низкой — она была примята, словно кто‑то недавно здесь лежал. Очень недавно.

«О нет», — подумала я, чувствуя, как холодеет спина.

Мы по глупости устроили ночлег на месте лежанки древнего хищника.

БУМ.

Не звук — удар.

УУУУ‑АААААРРГХ!

Низкий, как землетрясение. Резкий, как трещина в камне. Длинный, как вечность.

После него мир на три секунды стал тише. Даже ветер затаил дыхание.

Я обернулась на звук — из зарослей папоротника медленно выдвигалась огромная морда. Зубы — как кинжалы, глаза — холодные, жёлтые, с вертикальными зрачками. Хищник приподнял голову, шумно втягивая ноздрями воздух, его дыхание вырывалось клубами пара.

Страх сковал меня. Я лихорадочно оглядывалась, ища пути отступления. Что, если купол не выдержит? Что, если эта тварь просто раздавит его, как яичную скорлупу?