Вопреки всему. Том 1 - Владимир Сухинин Страница 77

— Как вас зовут по имени и отчеству? – спросила, словно следователь по особо важным делам, женщина, очковая змея.

— Глухов Виктор Владимирович.

— За что осуждены? – спросила она.

— За предательство Родины, – ответил я. – Статью назвать?

— Не надо, – мягко остановил меня Айболит. – Вы, Виктор Владимирович, как мы знаем, посягали на свою жизнь, так ведь?

— Посягал, но неудачно, – ответил я со вздохом.

— А почему? – спросил Айболит.

— Почему неудачно?

— Нет, почему посягали? – заинтересованно спросил старичок.

— Все просто: от отчаяния, граждане врачи.

— И что же такого случилось с вами, что к вам пришло отчаяние и желание суицида? – спросил Айболит.

— Еще недавно я был военным, воевал, был ранен, попал в плен, меня отпустили, и я вернулся на родину. Здесь меня приняли за шпиона и осудили.

— Вы сознались? – быстро спросила женщина, и глаза ее опасно сузились.

— Да, выхода не было, хотя я никого не предавал. Дали мне двенадцать лет общего режима. Мне сорок пять, когда выйду – будет пятьдесят семь, выглядеть буду на восемьдесят, наживу кучу болезней и сдохну через год после освобождения. Я буду никому не нужный старик. Прежний мир для меня рухнул, а новый меня не примет.

— То есть вы отвергаете этот мир? – спросил доктор.

— Нет, он меня отверг, в нем нет места для меня.

— А где вы видите свое место? – спросил мужчина с равнодушно-спокойным лицом.

— Там, среди звезд, – ответил я мечтательно, глядя в потолок.

Доктора переглянулись.

— Ну, на сегодня хватит разговоров, – произнес Айболит, – мы вас, больной, обследуем, полечим и поможем вам обрести душевное равновесие.

Он позвонил в колокольчик. Вошли два санитара.

— В третью палату больного, – распорядился Айболит, – переоденьте его в нашу пижаму.

Меня увели.

— Ну-с, коллеги, – спросил доктор с бородой, – что скажете по поводу нашего пациента?

— Он здоров, – ответил второй мужчина, – попал в депресняк и не выдержал. Я его понимаю, остаться одному и с позорной статьей об измене родине – это не каждый выдержит.

— Вы верите, что он невиновен в измене родине? – спросила женщина в очках. Тот пожал плечами:

— Не знаю, обследование покажет, врет он или не врет.

— Мы должны выявить, есть ли у него расстройство психики, которое опасно для окружающих: неконтролируемая агрессия, – ответил старичок. – Она приходит следом за суицидальными мыслями. Часто свою вину такие люди перестают понимать и начинают обвинять других. Вы слышали, как он сказал, что его обвинили, он с этим обвинением не согласен. А еще он сказал, что вынужден был сознаться в содеянном, хотя, по его словам, этого не делал…

— Может, там его принудили… – произнесла женщина. – Интересный субъект, товарищи. Я возьму его на обследование.

— Хорошо, Тамара Григорьевна, возьмите, мы доверяем вашему опыту и суждениям, – согласился Айболит.

— А что говорит следователь? – спросил другой врач.

— Он не верит в покушение на самоубийство. Он уверен, что его хотели убить, и хочет добиться признания у осужденного. А тот покрывает убийц.

— Почему? – удивился мужчина.

— Видимо, опасается за свою жизнь после этого.

— Вот как. И что нам делать? – спросил мужчина.

— Следователь просит его попугать тем, что мы оставим его тут навсегда, как опасного человека для общества, и тогда он, возможно, согласится сотрудничать со следствием…