S-T-I-K-S. Маугли и Зверёныш - Владимир Сухинин Страница 78

— Понял, шеф. А может, Смелого взорвать?..

— И что? Вместо него Поручик станет главой, у него сила – дружина, и стаб его поддержит. Тогда нас просто казнят, и все. Начинай думать, Горилла, а не просто подковы гнуть своими ручищами. Хотя, говорят же, сила есть – ума не надо.

— А может, ну его, этот стаб, может, к мурам податься? – спросил Горилла.

— И кем мы там станем? Пешками? На фермах будем охранять иммунных и ходить в набеги? Нет уж, я тут посижу, дождусь своего часа. Ты присмотрись, кто больше всех радоваться казни будет, и запомни. Как только их вывезут из стаба на прогулку, будем убирать по одному.

— Понял, шеф, все сделаю.

— Ну, раз понял, то иди, занимайся делом.

— А что с этим Маугли? – спросил Горилла. – Может, подловить его за пределами стаба?

— Делай что хочешь, мне сейчас не до него.

— Хорошо, шеф, я пошел, – улыбнулся Горилла и вышел из кабинета Берии.

* * *

— Дед, почему ты не взял у мужа Валерьянки черную жемчужину? – Эльза недовольно смотрела на Сан Саныча и сопела. Они шли от автомобильной стоянки к гостинице. Только что закончилась торговля, и зам по бою выполнил свое обещание: проверил груз и хорошо за него заплатил.

— Потому что, Звереныш, это черная жемчужина. Она не нужна ни тебе, ни мне. С ней ходить опасно, и она притягивает неприятности. Долго таскать с собой жемчуг нельзя. Он или пропадет, потеряется, или его украдут. Или попробуют отобрать. А горох он всегда горох.

— Откуда ты это знаешь? – недоверчиво спросила Эльза.

— Слухи, Звереныш, люди так говорят.

— Фр-р-р, – насмешливо фыркнула Эльза, – ты, дед, как маленький ребенок, веришь всему, что говорят люди…

— Не всему, – спокойно ответил Саныч, – а тому, что укладывается в моем сознании. У тебя сознание муравья, и ты в него ничего, кроме леденцов и косметики, не укладываешь.

— Каких леденцов, дед?

— Срамные штаны, которые врезаются везде, где есть место, – ответил Саныч. – Не всегда болтай, а иногда слушай взрослого деда, он плохому не научит, – заговорил о себе в третьем лице Саныч.

— Сам ты срамные штаны, – обиделась Эльза, – это легинсы, я тебе уже много раз говорила.

— У меня этот срам в сознании не удерживается, – невозмутимо ответил Саныч. Они вошли в фойе гостиницы и осмотрелись. За стойкой сидел Красавчик, он приветливо помахал рукой.

— Слышал я, что вы договорились с Арамом о помещении для салона, это правда?

— Да, – важно ответила Эльза. – Тебе, Волшебник…

— Не называй меня Волшебником, девочка, не прижилось это имя. Просто Красавчик.

— Хорошо, Красавчик. У тебя горох, начинай выбирать три комнаты и проводи ремонт. Одна комната для посетителей, другая для оборудования, третья под жилье – когда нас нет, ты будешь в ней жить, когда мы прибудем в стаб, то там будем жить мы. Это наши помещения, за них платить не надо.

— Отлично, – потер руки Красавчик.

— А чего ты за стойкой? Ты же банщик? – спросила Эльза.

— Меня Медок попросил подменить его на десять минут, – ответил Красавчик.

У Саныча засосало под ложечкой, он оставил Эльзу и поспешил наверх. Оттуда начало исходить давление. Кто-то был в их номере, это Саныч осознал отчетливо.

У дверей номера его догнала Эльза, Саныч прижал палец к губам, ускорился и, вставив ключ в замок, открыл дверь. Оба увидели молодого парня, который вытащил рюкзак Саныча из шкафа. Для него он был слишком тяжел, и он, надрываясь, пытался дотащить его до дивана, но увидев постояльцев, замер. Саныч, не останавливаясь на пороге, рванулся к молодому парню. Тот вскрикнул от ужаса, по-заячьи ловко перепрыгнул диван и, обежав Саныча, бросился к двери. Но там его ждала Эльза, ухватила рукой за горло и скрутила.