Санитарный поезд - Андрей Посняков,Тим Волков Страница 79

— Отгул не дам — я потом вас собирать буду еще дольше, разбежитесь кто куда. Неделя — не такой уж и долгий срок. Глядишь — и раньше справимся. В прошлый раз вообще за два дня починили местные умельцы. Так что… — начмед задумался. — Будем уборку делать! Ремонт ремонтом, а внутри тоже нужно порядок навести — мусор, стекло, кровь на полу. Санитарная обработка нужна. Вот ей и займемся.

Персонал грустно вздохнул.

Правда не все разделяли грусть начмеда по поводу вынужденной остановки. Завьялов напротив, узнав, что поезд простоит в депо около недели, обрадовался. На вопрос одного из санитаров чего же тут веселого, сообщил — в этом депо у него работает одна знакомая, к которой он и собирался заглянуть на чай.

— Барышни — это конечно хорошо, — кивнул Глушаков. — Но на первой месте — уборка! А потом уже, коли время останется, все остальные дела. В том числе, — он многозначительно глянул на Женю. — И походы в кино.

— Конечно, Трофим Васильевич, — кивнула та.

— Ну вот и хорошо. Тогда приступим!

И закипела работа.

Шахматова с Пелагеей Демидовной и Серафимой Петровной отправились в перевязочный вагон разбирать хаос. Глушаков и Сидоренко пошли в штабной, пострадавший больше всего. Иван Павлович и Сверчок принялись разгребать мусор и щепки в третьем лазаретном, который тоже попал под удар. Туда же под предлогом помощи подошла и Евгения.

— Иван Палыч, в перевязочном управились, помогу здесь, — тихо сказала она. — К тому же там Шахматова с Ефимом Арнольдовичем… убираются, я решила им не мешать.

Иван Палыч вздохнул с упреком, но ничего не сказал.

Мели мусор, убирали крупные щепки, кое-где и ремонт делали — несколько пуль прошили ножки кроватей и пришлось колотить их и выправлять молотками. Несколько коек пришлось отодвигать, чтобы убрать за ними труху.

— Тяжёлые, черти, как сундуки, — проворчал Сверчок. — Женя, мети скорее! Сил держать эти проклятущие кровати нет!

— Так не держи, поставь вон туда! — проворчала девушка, ловко управляясь с веником.

— Туда нельзя — там уже чисто!

— Если это по твоему чистота, то тут и убираться уже не нужно!

— Не нужно, — кивнул Сверчок, покраснев от натуги. — Смести веничком только — и будет!

— Ты же санитар! — проворчала Женя. — Должен же понимать нормы гигиены.

— Мне от этой гигиены в суп мяса дополнительного не добавляют!

— Ты радуйся, что вообще хотя бы ешь мясо, — с упреком ответила Женя. — Две банки тушенки немецкой сожрал — еще и смеет ворчать на еду!

— Да какое это мясо? — фыркнул тот, стыдливо опустив глаза. — Не мясо, а жилы одни! Ей-богу, не вру! От того меня и скрутило! Я вообще мясо не люблю, а вот рыбу! Иван Павлович, вы рыбу любите?

— Не очень.

— Это потому что не пробовали хорошо приготовленную. Вот, к примеру, караси жаренные. В одно лето довелось мне таких карасей жаренных едать, м-м-м! Тетка родная у Валерки, — это знакомый мой один, тоже курсы проходил санитаров, — так вот тетка у него их жарила — язык проглотишь! Нажарит в маслице, на сковородке такой большой чугунной до золотистого цвета. И на тарелку. А в сковороду — лука кольцами. Да кусок масла сливочного. И до мягкости. А потом сметаны три ложки больших туды. И обратно карасей в подливку эту. И томит на самом медленно огне. А потом, когда они чуть размягчаться, зеленого луку и укропу сверху, да побольше! И на стол пока горячие! С хлебом деревенским…