Скитальцы - Марина и Сергей Дяченко Страница 79

Я замолчал.

— А зачем он это делал? – спросил Ларт.

— Чтоб головы не оставались на тарелке… Мать смотрела, кто сколько съел, по рыбьим головам. А у него на тарелке не было голов, и ему давали добавки.

Снова повисла пауза.

— А почему вы не съедали эту рыбу с головами? – спросил Ларт.

— А-а! – протянул я радостно. – Так у щепки-рыбы головы горькие!

Фыркали в темноте наши кони. Догорал костер.

Через пару дней перед нами замаячили горы, а еще три дня спустя мы подобрались к ним вплотную. Здесь, в предгорьях, приютился древний и довольно большой поселок, в котором, как утверждал Ларт, жил старый и могущественный маг. Легиар очень надеялся, что старик знает о Третьей Силе больше, чем мы.

Гостиницы в поселке не было – и немудрено, мы были здесь первыми гостями за полгода. Встречали нас радушно, и поселковый староста, богатей, любезно предоставил в наше распоряжение один из трех своих домов.

Уготованное нам жилище помещалось на околице, у самого горного подножия, в достаточно живописном, на мой взгляд, месте. Пока Ларт, по-прежнему в обличье слуги, командовал нашим размещением, чисткой кареты и кормежкой лошадей, я стоял у калитки и глазел на горы. Мощные, массивные изломы вызывали у меня в памяти то образы сказочных зверей, то воспоминания о слоеном торте, а прицепившиеся к ним кое-где чахлые деревца восхищали своей отвагой.

Потом я перевел взгляд на горку поменьше, упиравшуюся основанием в дорогу, увидел, как откуда-то сверху по почти отвесному склону струйкой стекают песок и камушки, и вообразил было, что идет лавина. Но, подняв голову повыше, я убедился, что камни летят из-под ног человека, спокойно спускающегося по тропе, в существование которой мне трудно было поверить – таким неприступным казался склон. Я задрал голову еще выше и увидел дом – настоящий дом, прилепившийся к горе, как ласточкино гнездо. Когда я перестал наконец удивляться и разглядывать его, спускающийся человек уже спрыгнул со своей тропки на ровную дорогу.

Это был мальчишка, щуплый мальчишка лет тринадцати, в когда-то черной, а теперь сильно выгоревшей одежде, с пустой корзинкой под мышкой. Он шел легко, хоть и неторопливо, лицо его казалось осунувшимся, мрачным и усталым. Мне стало любопытно; когда он, не глядя, проходил мимо меня, я сделал шаг вперед и хлопнул его по плечу:

— Ты отчего же не здороваешься?

Он тяжело поднял на меня глаза. Помолчал, потом спросил медленно:

— А кто ты такой, чтобы здороваться?

— Я? – Я расправил плечи. – Я великий маг по имени Дамир!

Он смотрел на меня непонимающе. По-видимому, этот забитый сельский мальчик вообще не знал, кто такие маги.

— Ну, волшебник! – объяснил я снисходительно. – Чудеса делаю!

— Ты? – спросил он со странным выражением.

— Магам следует говорить «вы», – сказал я со вздохом.

Он вдруг сощурился:

— Дурак… Мартышка ты, а не… – Он сделал странное движение бровью, и я вдруг увидел под самым своим носом буро-зеленый кустик какой-то колючей травы.

Я не сразу сообразил, что лежу, уткнувшись носом в землю. Главное, я никак не мог понять, как очутился в этом неудобном положении. С трудом поднялся – голова кружилась – и увидел, как мальчишка спокойно уходит по дороге, ведущей в поселок.

Я все еще смотрел ему вслед, когда из дома вышел озабоченный Ларт, а с ним румяный мужичок из людей старосты. Мужичок неторопливо, значительно указал на дом, прилепившийся к скале: