Обманутая для генерала драконов - Юлия Зимина Страница 8

«А дома весь такой смелый, уверенный в себе! Где сейчас твоя смелость, размазня?!»

— Дитя… —видя явную растерянность своего сына, свекровь повернулась ко мне. В её глазах наблюдалась драконица, пребывающая в бешенстве. — За что ты так с моим сыном? Он… — судорожный вздох. — Он разве плохо к тебе относился? Посмотри, ты в шелках, на пальцах кольца с драгоценными камнями, на шее — колье, а в волосах золотые шпильки…

— А под одеждой синяки, — перебил её судья.

— Что?! — взволнованно вздохнула свекровь, прикрывая рот ладонью и делая вид, что пребывает в шоковом состоянии от услышанного. — Синяки? Но… Как? Откуда? Милая, что случилось?!

Умело отыгрывая свою роль, она кинулась ко мне, с силой сжимая ладони, которые я тут же вырвала из её рук.

— Ваш сын избивал меня на протяжении восьми месяцев, — ответила я негромко, будто испытываю страх, но внятно.

— Ты… — Элеонора Саверон дёрнулась от услышанного. — Ты, наверное, шутишь? — нервно хохотнула она, бросив опасливый взгляд на судью, что сидел на своём месте с непроницаемым выражением лица. — Такого не может быть…

— Следы избиения зафиксированы, — донеслось со стороны женщины-писаря, в глазах которой читалась масса негативных эмоций. От омерзения до презрения.

— Такого не может быть! — не унималась Элеонора Саверон. Её дыхание стало частым, а в голосе появилось негодование. — Мой сын…

— Вот именно, — перебил её судья. — Ваш сын. Спрос с него, но пока я слышу только вас.

Свекровь, замолкнув на полуслове, закрыла рот, гневно сопя.

— Лорд Саверон? Слушаю вас! — судья кивнул, ожидая ответа.

— Я… — Эстар нервничал, причём настолько сильно, что не знал, куда деть свои руки. — Я не имею к случившемуся абсолютно никакого отношения. Она сама…

— Сама себя била? — уточнил судья.

— Ну что вы такое говорите? — хохотнула свекровь, получая в ответ предупреждающий взгляд.

— Продолжайте, — кивнул судья Эстару.

Его лицо, и без того бледное, стало ещё белее.

— Я не трогал свою супругу… — промямлил он.

— Тогда откуда синяки? — хмыкнул служитель закона, недовольно сощурившись.

— Моя невестка просто упала, — вновь затароторила Элеонора Саверон. — Правда же, милая? Эстар не мог причинить тебе вред!

— Не откажусь от своих слов, — отрицательно мотнула я головой, смотря в пол.

— Ты… Да как ты… — задыхалась от гнева свекровь, едва сдерживаясь, чтобы не заорать на меня. — Специально,да? — зашипела она. — Ты делаешь это специально?!

— Что именно она делает специально? — поинтересовался судья.

— Клевещет на моего сына! — выпалила Элеонора Саверон, глаза которой сверкнули яростью. — Через три дня будет ровно год, как они женаты! Но Алана до сих пор не забеременела, и поэтому она…

— Позвольте напомнить, если вы забыли, — служитель закона медленно поднялся со своего места. Его тяжёлая аура заполнила собой всю комнату, заставляя замереть. — Избиение супруги карается законом. А если это происходит в первый год супружеской жизни, когда должно произойти зачатие, наказание за подобное ещё суровее!

— Подождите… — ахнула свекровь, испуганно хлопая ресницами. — Это неправда… Это не мой сын…

— Я не виноват… не виноват… — блеял одно и то же Эстар, на которого даже смотреть было тошно.

«Отвратительное зрелище!»

— Давайте мы заберём Аланочку домой, и там всё в семейном кругу спокойно решим… — начала было Элеонора Саверон.