И даром не нужна - Елена Шторм Страница 80

Меня покалывает от макушки до пят. Играть? Ответить? Откуда-то под пальцами оказывается ворот мужской рубашки. Пряди мягких как шёлк волос, в которых неожиданно приятно запутаться. И упругая кожа, уголок челюсти, мочка уха…

Аштар рычит, и поцелуй становится жадным до дрожи. Нежности нет и в помине — да наверное, она и раньше мне мерещилась! Или всё же остались её крохи — в движениях руки, обхватившей моё горло. Та словно пытается подчинить. Но шершавые пальцы гладят и ведут по коже…

Другая рука держит мою голову, совершенно не давая отстраниться, хотя я вроде бы слушаюсь! Глупость. Мне двадцать пять, я целовалась достаточно — но даже не знаю, с чем сравнить вот это, сейчас…

Наконец, на губах остаётся только горячее дыхание мужчины. Глаза его раскрываются прямо рядом с моими — и я вижу длинные ресницы и черноту зрачков.

Мысли кое-как возвращаются.

Какого… чёрта?

Нельзя было как-то… попроще⁈

Тем не менее, я не двигаюсь. С удивлением осознаю новые детали нашей позы: я прижата к мужскому телу, буквально впечатана в каменную грудь. Моя ладонь лежит на шее мужа сзади, а локоть удобно устроился на его плече.

Чувство незримой опасности остаётся.

Что происходит?На нас не нападут, не выскочат из шкафа наёмные убийцы⁈

— Аш, — рот снова вспыхивает как от перца, когда с губ слетает звук его сокращённого имени. — Мне страшно.

И это правда — я бы только высказать её хотела пожёстче!

Тёмные мужские глаза сужаются.

— Понимаю. — Рука снова собирает мои волосы. — Не бойся. Я не дам никому тронуть ни тебя, ни нашего ребёнка.

Играет. Хотя и словно пытается успокоить. А лучше бы что-то объяснил!

Пытаюсь высказать это яростным взглядом. В ответ сильная рука обхватывает меня за талию и тянет в кровать!

— Полежи со мной.

Полежать⁈

Сопротивляться глупо. Я задерживаю дыхание, стараясь успокоить молоток в груди — но кто-то словно проворачивает ключ и заводит колотушку сильнее! А мужчина легко утягивает меня на ложе, оказывается рядом. Рука обвивает плотнее. Я вспоминаю — как уже лежала под ней, в его объятьях, крепких как тиски. Только при первом знакомстве мне было неловко, а теперь…

Теперь чувства к этому придурку, моему внезапно мужусмешались в дьявольский огненный вихрь!

Я вдруг думаю, что не могу даже чётко сказать, как к нему отношусь. Ненавижу? Перестала. Начала принимать его? Печально, но факт! И отчего-то сейчася безумно злюсь. Так и хочется царапнуть породистое лицо, врезать коленом в живот, чтобы не слишком прижимался! Чтобы дал подышать…

Мужской взгляд прожигает — словно чувствует все эти желания. И борется с чем-то своим, настолько же горячим и рвущим изнутри.

— Твоему брату не нравится, как хорошо тебя приняли, — выдыхаю я, чтобы как-топродолжить диалог.

Тут же прикусываю язык. Это «твоему» из меня выскакивает — не могу я «выкать» мужчине после поцелуев! Серые глаза сверкают. Но муж отвечает язвительно — и не понятно, на кого эта язвительность направлена:

— Конечно. Пусть терпит и благодарит, что я почти не пользуюсь ситуацией.

Он вдруг приподнимается на локте. Потом и вовсе оказывается сверху.

Я внезапно понимаю, что в таком положении… говорить удобнее.

«Что здесь?» — тут же спрашиваю беззвучно, прячась за водопадом белых волос.

Аштар скашивает взгляд. Я смотрю туда, в левый угол комнаты, ему за спину.