Работный дом попаданки, или Лопата в помощь! - Дара Хаард Страница 81

Я не знала, что так бывает. Не думала, что один поцелуй может изменить весь мир.

Это было как наваждение, как видения будущего, дымками пролетающие в моей голове. И мне нравилось то, что я видела…

Наш поцелуй, страсть, золотые руны, которые узорами отпечатываются где-то внутри меня древними письменами простую истину.

Он мой… а я его!

Вот так. Просто и навсегда.

Я оторвалась от генерала, задыхаясь от нехватки воздуха, отпрянула, застыла, не в силах отойти дальше. Он непорывался меня схватить — думаю, действие нашего поцелуя тоже было для него неожиданностью.

Он смотрел на меня с болью, жаром, отчаянием. В его глазах я видела себя — такую же ошарашенную силой эмоций.

— Я… как вы… почему? — я не знала, что спросить, в чём упрекнуть.

Казалось, все слова теперь бессмысленны.

А я ещё смеялась над тем, что можно полюбить незнакомое существо за пару секунд.

Вселенная любит смеяться последней.

— Алидари, — прошептал Ашта. — Теперь ты мне веришь?

— Между нами что-то есть, — я упрямо встряхнулась, прогоняя из сердца все эмоции. — Я не буду лгать, что ничего не почувствовала, но…

— Но… — Ашта скрежетнул зубами, и я увидела, как тяжело ему держать себя в руках.

— Но это ничего не значит! Я вас не знаю, риан Ашта! Вы тоже не знаете меня.

— Значит, ты отказываешься от меня?

Глаза генерала потухли, вызывая у меня желание подойти к нему, прижаться к груди.

Но… это ненормально.

Это всё не по-настоящему.

Он хочет драконицу, а не меня — Лидию Малахову.

И это неправильно…

Я отступила ещё на шаг. Слёзы сами по себе текли из моих глаз, а я говорила то, что считала правильным:

— Я отказываюсь от вас, генерал Ашта. Мы чужие друг другу.

Я не помню, как мы вышли из сокровищницы.

Мне было так больно внутри, что я не запомнила, как прошёл этот день.

Я не помнила, что делала, что говорила, как легла спать.

Только утром я проснулась, понимая, что боль, терзавшая меня, прошла… но затаилась где-то внутри, не оставляя в покое.

А ещё… я не чувствовала такое привычное тепло.

И это напугало.

Я подскочила на кровати и ринулась к зеркалу:

— Золотинка! Ты тут?

Она появилась — золотистыми глазами, мелкой чешуёй, но как-то медленно, без тепла, словно вместе с генералом я отказалась и от неё, части себя. Я замерла, разглядывая отражение. Жалела ли я о поспешном решении, которое приняла вчера скорее из страха? Наверное, нет. Я боялась. Боялась опять стать чьим-то придатком, боялась оказаться нелюбимой, ненужной. Да! Я трусиха!

Стук в дверь привёл меня в чувство.

— Рия Алидари, можно войти? — послышался тихий голос Агнеш.

— Входи! — хрипло ответила я. Внутри меня скопилось напряжение, которое хотелось выплакать, но я держалась.

— Рия Алидари, там гномы требуют вас и какой-то план… — Агнеш увидела меня и замерла,потом подошла ближе. — Что с вами? Вы со вчерашнего дня сама не своя… и генерал тоже.

— Агнеш, — я прокашлялась, чтобы очистить голос, — прошу, больше никогда не говори мне о генерале.

— Конечно, — подруга не стала настаивать. — Значит говорить о том, что он всю ночь копал, тоже не надо? Лопата уже полдня стоит без работы.

Я выдохнула. Взятые на себя обязательства нужно выполнять…

— Я скоро выйду. Скажи гномам, что будет им план.

Судя по тому, что Кляпа не мычит, её подоили… вернее, подоил. Так что торопиться не нужно. Час я писала план работ, наспех вспоминая, что нужно сделать. Гномов я собиралась использовать по полной.