Снежность Иве, или Господин Метелица - Вера Платонова Страница 82

– Королева отправилась ловить двух шкодливых мышат. А лекарю не терпелось отправиться примерить свой маскарадный костюм.

– Ну что ж. Тогда идем.

Макс повел Двойника вглубь лабиринта и, сделав нужно количество поворотов, отыскал нужную скамейку, из-под которой вынул маску и книгу.

– Готов? – спросил он.

– Мне все равно когда, – Максу показалось, что на лице его дубликата мелькнула тень грустной улыбки. Неужели он стал чуть более очеловеченным, или это эффект сползающего лица?

– Тогда попытаемся. Да поможет мне богиня все сделать правильно. Хоть у меня и нет магии…

– Немного магии есть во мне, – подал голос двойник. – Иначе я не смог бы выдавать себя за тебя. Адалин влила ее в меня, чтобы я мог двигаться и разговаривать.

Макс взял маску и аккуратно положил ее на лицо двойнику, связав шелковые ленты позади головы.

Затем раскрыл книгу и вынул из кармана небольшой нож, им резанул подушечку безымянного пальца и капнул крупную каплю крови на книгу. Кровь в одно мгновение впиталась враспухшие и пожелтевшие от старости страницы, и на них стали проступать слова и знаки. Макс отыскал нужный лист и начал срывающимся голосом читать:

– “Открываю ключом своим замок, который сокрывал лицо мое и уста мои замыкал, возвращаю себе личность свою. Я, Максимилиан Первый, законный король Фьоренхолле, возвращаю себе то, что принадлежало мне по рождению и природе”.

Он отложил книгу и снял маску с двойника, лицо которого уже успело принять кукольные черты. Боясь возликовать раньше времени, Макс надел маску на себя, готовый терпеть все, что должно будет произойти дальше.

Лицо снова, как и в тот раз, зажгло огнем, сначала слабо, а затем сильнее. Вскоре боль стала такой невыносимой, что Макс не удержался и закричал не в силах больше ее терпеть. Но усилием воли удержался от того, чтобы сорвать ненавистную маску и глубоко дышал, ухватившись за ствол растущего рядом дерева, впиваясь пальцами в жесткую кору.

Наряд стражи, патрулировавший парк, сменил направление, заслышав подозрительные крики, доносившиеся из лабиринта. Когда они, слегка поплутав по хитроумным дорожкам, все же добрались до нужного уголка, то вытянулись в ряд, завидев там восседающего на скамейке короля, одетого в просторный плащ.

– Прошу прощения за беспокойство, ваше величество, – отрапортовал старший по отряду. – Мы заслышали шум и решили проверить, нет ли здесь чего подозрительного.

– Все в порядке, я просто поранил руку об острую ветку и от неожиданности вскрикнул, – сказал Максимилиан, демонстрируя рану на пальце, и заодно пряча ноги, обутые в простые сапоги под скамью. – Благодарю за исправную службу.

Дождавшись, пока стражники отойдут подальше, он вскочил с места и заглянул за скамейку. Манекен сидел там неподвижно, как и полагается восковой кукле, не проявляя никаких признаков жизни.

Максимилиану пришлось раздеть своего двойника, чтобы сменить одежду и обувь. Он в который раз убедился, что тот не ожил каким-то чудом, и вышел из лабиринта.

Некоторое время ему сложно было чувствовать себя уверенно, Максимилиан даже поймал себя на мысли забраться во дворец через окно по старой привычке, так он привык скрываться в собственном доме. Но переборов себя, он выпрямился и уверенным шагом подошел к большим дверям.