Физрук: на своей волне 3 - Валерий Гуров Страница 84

Мент посмотрел на меня внимательно, было видно, что он ещё не до конца понимает, с кем имеет дело. Пистолетлейтенант уже убрал в кобуру, но руку с рукояти не убрал. Держал так, чтобы при необходимости выхватить оружие обратно в долю секунды.

— Мне сообщили бдительные граждане, — произнёс он, покосившись на Ваню, — что вы… — он сделал короткую паузу, подбирая слова, — что вы совершали хулиганские действия по отношению к нему. Вот я и отреагировал.

— Как видите, вас ввели в заблуждение, — спокойно ответил я, позволив себе лёгкую улыбку, чтобы снять напряжение. — Повода для беспокойства нет.

Участковый снова перевёл взгляд на Ваню, явно ожидая, что тот либо подтвердит, либо опровергнет мои слова. Я заметил это и добавил:

— Можете не верить мне на слово, но думаю, Ваня вам всё объяснит, — я кивнул в сторону парня, предлагая ему сказать самому.

Ваня вдохнул глубже, будто собираясь с силами. Я отлично понимал, что в такой ситуации он вполне мог повести себя непредсказуемо. Сейчас ему было выгодно избавиться от меня — подтвердить участковому, что я действительно на него «наехал».

Сказать пару нужных слов — и всё: у лейтенанта появился бы формальный повод прицепиться ко мне.

Да, у меня был свой козырь — я мог рассказать, чем на самом деле занимается Ваня.

Но без доказательств это звучало бы как слова против слов, и я это прекрасно понимал. Поэтому оставалось только наблюдать, к какому решению пацан склонится.

И я, и участковый — мы оба уставились на пацана, ожидая ответа. Ваня стоял, опустив взгляд, явно переваривая ситуацию. Я ждал, что прямо сейчас пацан покажет, из какого теста он сделан.

Наконец Ваня медленно покачал головой.

— Нет, у нас всё в порядке. Граждане, которые вам сообщили об этом, просто неправильно поняли, что происходило…

Он сделал паузу, будто проверяя, как отреагирует участковый. Видно было, что пацан соврал неохотно, но осознанно.

Я слегка улыбнулся и посмотрел на лейтенанта:

— Ещё какие-то вопросы есть, товарищ лейтенант?

Тот не ответил сразу. Его глаза оставались прищуренными, внимательными. В нём чувствовалась старая школа — выправка, осторожность и внутренняя дисциплина, отточенная годами службы. Мент явно был не из тех, кто машет корочкой направо и налево.

Лицо у него было усталое, но взгляд — цепкий. По нему сразу было видно, что мент дослужился до звания не из-за угодливости. Такие ни под кого не гнутся,и это внушало уважение.

Мент смотрел мне в глаза, словно пытался понять, что за человек перед ним. Я тоже молчал, спокойно выдерживая этот взгляд, понимая, что именно сейчас лейтенант решает, чем закончится этот разговор — протоколом или рукопожатием.

Чтобы разрядить обстановку, я первым нарушил тишину.

— Ещё раз извините, что так вышло с пистолетом, — сказал я.

Лейтенант помедлил, но всё-таки кивнул, показывая, что готов на диалог.

— Моя вина тоже есть, — признал он после короткой паузы. — Допускаю, что вы могли подумать именно то, что подумали… так что по этой ситуации вопросов к вам нет.

Лейтенант снова внимательно посмотрел на меня, будто запоминая лицо. Но на этот раз ненадолго: через пару секунд мент перевёл взгляд на Ваню и задержал взгляд чуть дольше. Правда, теперь мне показалось, что он смотрел уже неосторожно, а скорее устало.

— Извините за беспокойство, граждане, — сказал он, наконец убирая руку с рукояти пистолета. — Хорошего вечера.