Рывок в будущее - Владимир Бабкин,Виталий Сергеев Страница 84

Это я читал. А теперь я это знаю. Катя – просто чудо. Как жаль, что во время переворота гвардеец уронил ее. Это не вина Матушки, но ее грех. Личный. Она это знает. Потому и слащаво-приторно внимательна к Катеньке.

Но и Катенька знает.

Не знает только, где ее родные родители и что с ними.

И я не знаю.

Столько лет прошло. Матушка не говорит.

Катя уверена, что брат умер.

Может, оно и к лучшему. Многие знания – многие печали. Зачем теребить прошлое? Но нужно ли говорить о том, что Катя ненавидит императрицу всеми фибрами своей юной души?

Или удивляться этому? Можно ли купить всякими подарками сердце девочки, которая потеряла все и всех? Потеряла саму веру в людей?

Купить – нет. Только открыть. Заново. Любовью. Шаг за шагом.

Только что мне принесли с телеграфной станции ответ от дочери:

«ПАПОЧКА! СПАСИБО ТЕБЕ БОЛЬШОЕ ЗА ПОЗДРАВЛЕНИЕ. ЖДУ ТЕБЯ И МОЛЮСЬ ЗА ТЕБЯ! Я ТЕБЯ ТАК ЖДУ! С МЛАДШИМИ ВСЕ В ПОРЯДКЕ. Я СМОТРЮ. НЕ ВОЛНУЙСЯ. У НАС ВСЕ ХОРОШО. ПАПОЧКА – ТЫ ЛУЧШИЙ ПАПА НА СВЕТЕ! Я ТЕБЯ ОЧЕНЬ ЛЮБЛЮ! ТВОЯ ЛЮБЯЩАЯ И ВОСТОРЖЕННАЯ ДОЧЬ КАТЯ».

Вот что мне нужно еще? А ничего.

У моей старшей дочери день рождения. И я люблю ее.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. СТАРЫЙ ИТАЛЬЯНСКИЙ ДВОРЕЦ. 24 августа 1751 года

— Анна, чаю прикажи. Моего любимого.

— Да, моя госпожа.

Княжна Гагарина отправилась обеспечивать выполнение распоряжения великой княгини, а сама Лина устало откинулась в кресле.

Трудный день. И он еще не закончился.

Она целое утро и полдня посещала разное. И ладно бы с визитами. Нет. Ничего подобного. С хозяйским контролем. Что, где и как. Как со сроками. Какие проблемы. Какие предложения. Жалобы и прочие сетования.

Муж, с императрицей и Разумовским, месяц как отбыл в Москву, так что на хозяйстве в Петербурге она сама. Нет, конечно, власть Елисаветы Петровны в столице обеспечивали другие люди, назначенные самой царицей, но и у Лины был огромный объем забот. И общественных, и их с Петером, частных.

Поэтому с утра у нее войлочная мануфактура. Большое производство. Шинели для армии, бушлаты для флота, разное для цивильного и чиновнического народа. Валенки те же. А там с одними подошвами сколько проблем! Чтоб не намокали, чтоб тепло, чтоб носились. А для мануфактуры нужно сырье. Много чего нужно.

Неужели этим должна заниматься жена наследника престола? Нет, она и не занимается буквально. Везде есть свои знающие люди. Она не ездит управлять текущими делами. Но нужно вникать во все, если хочешь, чтобы все работало и множилось, а не угасало. Чтоб не растащили. Не заболтали отчетами. Да, она собирала регулярные собрания разных управляющих по отраслям, но на места тоже обязательно нужно ездить.

Лично.

Нет, конечно, ее задачи ограничены только Петербургом и губернией. По крайней мере в части семейных доходов. Петер «великодушно» сплавлял жене все больше и больше дел, а когда она начинала ворчать, что не успевает, лишь посмеивался. Говорил: «Не тащи все сама. У тебя есть люди. Не хватает людей? Ищи еще. Будь над делами, но знай дела и их подноготную».

Вот и сейчас уехал в Первопрестольную, «повесив» на нее дополнительные вопросы и задачи в Петербурге. Так что…

Княжна подала чай и к чаю. Кивнув, великая княгиня вновь задумалась, вращая в пальцах «русское перо». Гусиные перья у нее тоже были в запасе, но она старалась писать вот такими, стальными перьями. Нужно самой знать все достоинства и недостатки их новой продукции. Скоро мануфактура Das Handelshaus «Peter und Karoline» начнет их производить тысячами. А потом и десятками тысяч, как наладится качество стали и производство. В Россию в основном. Нельзя подрывать огромную продажу в Европу русских гусиных перьев. Пусть пишут там ими. Это деньги для Отечества, и много людей занято в этом деле. Тут их с Петером частный интерес должен уступить интересам России.