Связанная мирами - Джерри Вэй Страница 84

— Когда ты была без сознания, – продолжил Алекс, вырвав её из холодного оцепенения, – ты вдруг резко покрылась жаром и проговорила: «Где же ты?» Вот я и подумал, что снилось что-то плохое. Кошмар?

Он бросил на неё спокойный взгляд. Диана всё ещё пыталась прийти в себя после увиденного. Во рту пересохло, дыхание так и застряло в горле. Она искоса взглянула на спину напарника, и сердце вновь облилось кровью. Багрово-бурые порезы, нанесённые не то тяжёлым кнутом, не то острым ножом, расползались по всей спине. Шрамы тянулись от поясницы, чертились вдоль острых лопаток и заканчивались у плеч. Раны, что уже никогда не заживут… Страшное неизгладимое клеймо, которое он вынужден скрывать под одеждой всю оставшуюся жизнь. Как же жестоко. Чудовищно. Бесчеловечно!

Она не выдержала и спросила дрожащим от хрипоты голосом:

— Кто… тебя так?..

Алекс удивлённо повернулся к напарнице и далеко не сразу сообразил, о чём речь. Проследив за её взглядом, он обернулся через плечо, как будто только сейчас вспомнил о своих зверских шрамах, и ответил, как показалось Диане, насмешливо:

— Тот, от кого я меньше всего ожидал.

В голове отвратительной горечью обрисовались руки, по локоть умытые в крови. Клыки, готовящиеся растерзать свою жертву.

— Серёжа? – не думая, бросила она.

— Нет, – мягко улыбнулся Алекс. – Не он.

Выглядел он при этом невозмутимо, словно его никак не задел вопрос, заставивший вернуться к осколкам старых воспоминаний. В очередной раз обругав себя за бестактность и привычку лезть в чужое прошлое, где ей нет никакого места, Диана выдохнула облегчённо и решила больше никогда не возвращаться к этой теме.

— Извини.

Алекс качнул головой:

— Это ты извини, что пришлось увидеть. Эти бестолковые лекари отняли у меня одежду и запретили «тревожить ранения», пока не высохнут залечивающие мази. Хожу теперь в этих треклятых повязках, как скелет из саркофага. Так что за кошмар тебе снился?

Этот вопрос вернул Диану в прежнее равновесие. Она отвела взгляд на окно.

— Не то чтобы кошмар. Скорее призраки прошлого, сокрытые в глубинах памяти, дали о себе знать.

— Тебя тревожит что-то из прошлого? Я переживаю, поэтому спрашиваю. Ты в последнее время сама не своя.

— Знаешь, я много думала сегодня. Мне приснился один сон… Как думаешь, можно ли назвать меня чёрствой?

— Хм. – Его губы смешно дёрнулись. – Вряд ли. А что?

— Со всеми этими переживаниями я даже ни разу не вспомнила о Робине. А его ведь… казнили. Но когда ты сказал мне об этом, я ничего не почувствовала. И глазом не моргнула. Мне не было жаль. Заботило меня совсем другое.

— Диан, он преступник. Убийца. То, что он творил… Конечно, лишать жизни – это не выход. Но он использовал магию в отвратительных целях. Он убивал, лишал людей всякого будущего, рубил жизни начисто. И всё ради чего? Ради призрачной цели стать могущественным Тёмным. Баланс между природой и человечеством рушится, а за это Священная Канцелярия приказывает карать. Чтобы не находилось желающих повторить.

Лишать жизни… В отличие от Сергиуса, потерявшего рассудок по чужой воле, Робин убивал осознанно.

— И всё же… Он ведь тоже во что-то верил?

— В свои бредовые идеи, выдвинутые извращённым сознанием.

— А если он стал таким, потому что мир был к нему слишком несправедлив? – осмелилась сказать Диана, вспомнив, какое бессильное отчаяние овладело взглядом Робина, когда он с горечью говорил о тех, кого любил.