И даром не нужна - Елена Шторм Страница 85

Император молчит.

Я невольно напрягаю все чувства, даже магическое чутьё, ища опасность. Подвох.

— Посмотри на меня, — неожиданно велит мужчина.

Слушаюсь. Поднимаю голову — и меня чуть не ошпаривает. Он смотрит мне в глаза, и в отличие от глаз принца радужки у него — карие, тёмные. И что-то ворочается внутри. Будто пытается выплыть наружу. Боль в висках становится ярче.

Его распростёртая ладонь зависает над моей головой.

* * *

Пауза кажется бесконечно, бесконечно долгой.

А потом император произносит:

— Благословляю тебя на продолжение нашего рода. Да родится дитя твоё под светом солнца и звёзд.

Он говорит это — а мне кажется, его губы складываются для каких-то других слов. Мощные пальцы наконец касаются моего лба, и голова кружится.

Аштар подхватывает меня под руку, помогает подняться — но ничего больше не комментирует.

Вместо него «комментируют» другие. Знать аплодирует. Возгласы сливаются в неразборчивый гул.

Под этот гул мы и сходим со ступеней.

* * *

Следующие минуты я помню плохо.

— Ты в порядке? — Муж напряжённо вглядывается в меня, когда мы идём обратно в комнаты.

Ненадолгоидём. Перевести дух — а потом будут открывать сокровищницы… Кажется, Аштар сказал, что мы получим четыре сердца.

Это сообщение должно было меня впечатлить. Да, пожалуй, так и сработало. Четыре… Значит, с пятым не получилось? На одно меньше, чем нужно.

И в то же время — на четыре больше, чем могло бы быть. Почему-то более глубокие мысли сейчас не задерживаются в голове. Я думаю только… что мы справились. Живы. И даже не оказались в центреграндиозного скандала.

— Почему ты сказала, что боишься? — внезапно спрашивает муж.

Что?

— О чём речь?

— Что за странный диалог у вас был, когда ты стояла на коленях?

Я чувствую, как морщусь. Потому что не помню ничего странного. Разве я говорила вообще?

Чёрт… чёрт!

Кажется, в этот момент я успеваю понять, что что-то идёт не так. Правда ведь? Что-то не так со мной, здесь и сейчас! Надо сказать хотя бы об этом. И о провалах в памяти. И о головной боли, о снах, даже если получится бессвязная чушь!

Но только вот…

Мысль мелькает и тоже куда-то уплывает. Я с удивлением понимаю, что мы уже дошли до комнат, заходим в спальню — и, сглатывая, я смотрю на дверь рядом.

— Мне надо в уборную.

— Кат. Тебе плохо?

— Утренняя тошнота, — отзываюсь ровно.

И снова какой-то лаг. Я только успеваю уловить блеск в глазах Аштара, успеваю заметить, как его напряжённые пальцы медленно разжимаются на моём предплечье. А потом прихожу в себя уже у раковины, от звука льющейся воды.

Что я здесь делаю?

Вообще, уборная — целая, нет, полноценная комната. Здесь отделаны стены. Зачем-то стоят два кресла напротив ширмы, за которой притаился стул с дыркой. Местные жители ещё явно не поняли, как обращаться с туалетом. Подставляя руки под воду, я внезапно думаю, что нужно всё-таки принести прогресс хотя бы в башню. Как разберусь со всеми выживательными проблемами — это будет первое, что я сделаю!

В этот же момент перед глазами что-то мигает. Мелькают образы — щупальце в воде…

И я вдруг вспоминаю почти целиком!

Сначала — то, что слышала во сне. «Расскажи мне правду, когда скажу», — произнесли тогда губы мужчины в тени. Губы императора!

Потом…

— Скажи мне правду, — велел он же, уже вживую, когда я стояла на коленях.