Двуликие - Анна Шнайдер Страница 85

Взволнованный шёпот пронёсся по партам, а потом студенты начали подниматься на ноги, приветствуя профессора Аррано.

— Прошу садиться, — сказала она, поднимаясь по короткой трёхступенчатой лесенке на кафедру. Все послушно плюхнулись обратно на места, а Эмирин, остановившись посередине возвышения, встала к нам лицом, сложила руки перед собой, улыбнулась и начала говорить.

Говорила она негромко, но слышно было прекрасно. Тишина в аудитории стояла полнейшая — так первокурсники ловили каждое слово ректора.

— Добро пожаловать на первую лекцию по прикладной магии. Если вы хотя бы немного знакомы с историей данного учебного заведения, то знаете, что система подобного разделения на факультеты — боевой, прикладной, целительский — была придумана за несколько лет до открытия академии и внедрена первым её ректором, императрицей Рональдой, супругой императора Интамара Второго. В чём особенности преподавания на факультетах боевой и целительской магий, я думаю, вам уже рассказали ваши преподаватели. Что же касается магии прикладной, то именно я буду знакомить вас с её основами. Занимаетесь ли вы боевой магией, или учитесь лекарскому делу, или предпочитаете артефакторику — главным везде остаётся одно и то же. То общее правило, которое не стоит забывать не только во время учёбы, но и в дальнейшем.

Эмирин на секунду замолчала, изучая сидящих перед ней студентов одним только взглядом своих удивительных глаз.

— Главное — не сила, а умение её приложить. Мастерство. Всегда помните: даже самый сильный боевой маг может проиграть на дуэли, если не будет владеть этим искусством в достаточной степени. Самый сильный целитель ничего не сможет сделать с открытой раной, если не будет знать, как её лечить. И в руках самого сильного артефактора металл так и останется просто металлом, если этот артефактор не помнит схемы построения заклинаний из курса прикладной магии. Самые лучшие маги — не обязательно самые сильные. Взять, например, меня. Как думаете, я сильный маг?

Студенты неуверенно переглядывались, не зная, как правильно сказать, да и нужно ли? Может, это риторический вопрос?

— По силе — средний. — Я едва не подпрыгнула, услышав громкий голос Дин. — А по мастерству — один из самых сильных.

Ректор улыбнулась и кивнула.

— Да, всё верно, спасибо. Я уверена, что слабее многих из вас. Например, вас, — она указала рукой на одну из девушек-боевиков, что сидела на первом ряду. — Или вас, — Эмирин быстро и остро посмотрела на парня с кудрявыми чёрными волосами прямо перед собой. — Однако же… Как вас зовут, позвольте узнать?

У вышеупомянутого кудрявого парня покраснела шея сзади.

— Эльрен… Вэй Эльрен.

— Прошу вас ударить меня самым мощным из заклинаний, которые вы знаете. Любым заклинанием. Ну же, не стесняйтесь.

На месте этого парня я бы уже описалась. Кажется, он тоже был близок к подобному позору. Но всё-таки кивнул, гулко сглотнув на всю аудиторию, и махнул рукой.

Кто-то заорал, некоторые залезли под столы, девушка, сидевшая рядом, вжала голову в плечи и побелела с ног до головы — потому что в сторону доски, у которой стояла ректор, понеслась волна жара. Воздух искрился, раскалённый до такой температуры, что казался не воздухом, а лавой из жерла вулкана.

Я даже не поняла, что произошло. Я не видела, чтобы Эмирин махала руками, подпрыгивала или хотя бы моргала. Волна жара просто исчезла, а искорки из раскалённого секунду назад воздуха взмыли вверх, увеличились в размере и превратились в ожерелье из сверкающих фонариков. Закружились, сотворили над нами герб академии, вспыхнули, разлетелись в разные стороны мерцающими бабочками с тонкими невесомыми крылышками, вспыхивающими голубым, зелёным, жёлтым и красным… а потом упали вниз, на парты и нам на головы, превратившись в белые цветы.