Связанная мирами - Джерри Вэй Страница 89

Южный солёный ветер разгонял запахи свежей выпечки, сладких фруктов и жареного мяса. С площади лилась живая музыка. На небольшой сцене, окружённой гуляками, выступали жонглеры, менестрели, вертепщики и шуты, стремившиеся заработать на жизнь своими талантами.

Вдоль рынков брели и четверо гильдийцев, щурясь от яркого слепящего солнца. Они держали путь к городским воротам, а для этого нужно было преодолеть весь шумный базар и центральную площадь, что не так-то просто сделать в разгар фестиваля. Диана шла с Алексом впереди, с интересом разглядывая товары: от солнца их спасали плотные навесы над прилавками. Тора отдалилась от них, попутно заглядывая к торговцам редких трав. Сергиус молча шагал позади.

Алекс несколько раз обернулся, поглядывая на неразговорчивого товарища. Затем понаблюдал за своей напарницей, которая не обращала на того внимания с момента, как они покинули дворец, и озадаченно почесал затылок.

— Вы чего, поссорились, что ли? – Об их ночной стычке и обо всём прочем он так и не узнал.

Диана оторвала взгляд от чеканных украшений, разложенных на прилавке, и посмотрела на него.

— Когда успели-то?

— Спроси у своего горделивого друга, – сухо отозвалась она.

Алекс повернулся к Сергиусу, вопросительно вскинув брови, на что тот недоумевающе пожал плечами и помотал головой. За спиной Дианы они на языке мужских жестов сошлись на том, что все девчонки одинаковые – хлебом не корми, дай обидеться лишний раз. Кажется, Сергиус окончательно вернулся в свою привычную ипостась.

Но «обиженная» не обращала внимания на этих двух дурней, от которых у неё уже голова болела. Затаив дыхание она разглядывала узорчатые полотна, вывешенные вдоль прилавка. В солнечных лучах их орнаменты сверкали серебром, переливаясь самоцветными камнями.

— Подбираете ткани для нарядов, удаль молодецкая? – Заметив её интерес, торговка ловко выскочила из-за кружевной вуали и подбоченилась: – Али для белья и мягких постелей? Товар только высшего качества! Парча, шёлк, атлас, сукно! Выбирай не хочу!

Диану с непривычки поразил контраст между высокопарными речами аристократов и разговорами простого народа. И как необычно, что здесь можно встретить и изящную графиню, держащуюся с королевским достоинством, и базарную торговку, способную оглушить своим криком.

Алекс же, ожидая искусного подвоха, присущего всем торговцам, неодобрительно глянул на женщину. Но та уже пустила в пляс всё своё искусство:

— Ай, красный мо́лодец! Вижу, вижу, чужестранец. Да непростой! Но тем краше колдун, коли магия его нуждается в украшениях! Какие гостинцы изволишь в подарок?

— В подарок? – не понял Алекс.

Она щёлкнула зубами.

— Какой гость возвращается в свой край без подарка, а?

Алекс в ответ лишь похлопал глазами. В морщинистом лице торговки читалось дружелюбие, но взгляд, которым она нагло скользила по нему, был наполнен хитростью. Торговка принялась вертеть перед его носом роскошным шёлком и разноцветными брошками, оживлённо рассказывая о прелестях своего товара. Но недалекий исполин так и не понял, почему она предлагала ему всё это, тогда как его мужественная душа явно желала чего-то иного.

— Он одинок, – не выдержав, подсказала Диана, которой стало жаль упорных стараний торговки.

— Тьфу ты! Колдуны все бобыли́![5] – разочарованно проворчала та, а затем принялась гипнотизировать Алекса пристальным взглядом: – Жениться тебе надо, милок, ох жениться! Такой красивый добрый мо́лодец. Ай, зря пропадёшь, ай, погрязнешь в своем колдовстве без спутницы! Жениться тебе надо.