Лекарь из другого мира - Маргарита Абрамова Страница 9

А потом поверил в свой аппарат, и вот где оказался…

Но сейчас не об этом…

«Нурджан»… Звучало восточно, торжественно. Похоже на титул. Я представил что-то вроде сватовства или официального обручения в одном из местных кланов, возможно, кочевых, где браки — это союзы между семьями, скреплённые сложными церемониями. Невеста, внезапно поражённая параличом накануне такого события… Это была катастрофа для её семьи. Позор,расторжение договора, возможно, кровная месть. Отсюда и паника, и грубые методы. Им нужен был не просто врач, а чудотворец, способный снять «позорную кару» до приезда жениха.

— Ладно, — сказал я, принимая решение. Оставлять проблему нерешённой было нельзя — они могут вернуться, и уже не в одиночку. Следующий визит мог обернуться поджогом, похищением кого-то из персонала или просто внезапным ударом ножа в спину в тёмном переулке. Неизвестно какое они придумают наказание за отказ. — Ты отойдёшь от действия сыворотки через пару часов. Твоя «невеста», где она?

Можно попробовать взглянуть на нее.

— Дома.

— Привозите. Я не покидаю стены лечебницы. У меня много пациентов, которые нуждаются в моей ежедневной помощи.

Он покачал головой, и даже в полубессознательном состоянии в его жесте читалось непоколебимое «нет».

— Невесте нельзя покидать дом до свадьбы. Табу. Её выход за пределы родовых земель до обряда — дурное предзнаменование.

— Ну вы решите хотите, чтобы я попытался помочь или ждите, что само пройдет, — мои слова прозвучали резко и цинично, но иного языка эти люди часто не понимали, — Вы пришли ко мне, потому нужно лечение. Я предлагаю решение. Но мои правила — часть лечения. Без них — никак.

Глаза громилы, затуманенные сывороткой, сверкнули тёмным огнём. Он собрал последние силы, чтобы произнести слова, в которых не было просьбы, а был лишь ультиматум самой судьбы:

— Нурджану нужна здоровая. Иначе позор семье.

ГЛАВА 4

АЛЕКСАНДР

Ну что-то подобное я и предполагал. Сложно строить свои правила, когда мир пропитан чужими традициями, уходящими корнями в глубь веков. Ты можешь быть хоть семи пядей во лбу, хоть пришельцем с продвинутой медициной, но если твои методы противоречат тому, во что здесь верят всей душой, тебя просто не станут слушать.

Нужно будет обязательно переговорить с их главным, что я не маг-чародей, а обычный доктор, пусть со своими своеобразными методами лечения. Если случай действительно тяжелый, то мне нечего им предложить.

«Не лезь в чужой монастырь со своим уставом». Эта поговорка звучала в голове с горькой иронией. Но как не лезть, если твой «устав» — это сама суть тебя, твоё знание, твоё единственное оружие в этом чужом мире? Я знал другую медицину и собирался развивать ее в этом мире.

Чего стоило собрать аппарат для микротоковой рефлексотерапии! Это была моя гордость, мой кропотливый шедевр, созданный буквально по крупицам.

Я использовал кристаллы, обладающие пьезоэлектрическим эффектом в этом мире, медные сплавы особой проводимости, найденные у странствующих торговцев, и эбонитовые рукояти, выточенные местным столяром по моим чертежам. Месяцы проб, ошибок, мелких ударов током и, наконец, момент, когда слабый, управляемый разряд точно стимулировал нервное окончание. И теперь это изобретение сталкивалось с диким законом «нельзя выносить невесту из дома».