Доктор-попаданка. Служанка в доме Ледяного дракона - Диана Фурсова Страница 9

— Слышишь меня? — быстро спросила она, наклоняясь к его лицу. — Смотри на меня. Дыши. Медленно. Считай.

Герцог поднял на неё взгляд. В этом взгляде на секунду мелькнуло нечто дикое — страх, ярость, боль… и что-то ещё, древнее, чем человек.

— Уйди… — прохрипел он. — Ты… замёрзнешь…

— Я не уйду. — Марина сжала его плечо крепче. — Дыши. Давай. Раз. Два.

В этот момент холод ударил сильнее. Марина ощутила, как по её запястью — там, где кожа была тонкой — пробежало острое жжение, словно её клеймили льдом.

Герцог резко вдохнул — и воздух вокруг них взвыл, как живой.

Марина успела только подумать: «Это не простуда…»

…и иней взметнулся вверх, закрывая им обоим обзор, как белая стена.

Глава 2. «Служанка, которая умеет спасать»

Белая стена инея поднялась мгновенно — как занавес, сорванный чьей-то невидимой рукой. Марину обожгло холодом по ресницам, по губам, по пальцам, которые всё ещё держали герцога за плечи. Воздух завыл, и в этом вое было не просто ветро — было что-то живое, злое, голодное.

— Назад! — крикнула Агата так, будто могла перекричать магию. — Все — назад!

— Он упадёт! — рявкнул Торн, но, вопреки своим же словам, не сделал ни шага к Айсвальду, словно боялся пересечь невидимую границу.

Марина моргнула, пытаясь стряхнуть ледяную пыль с ресниц, и стиснула зубы.

— Он уже упал, — бросила она. — А теперь он замерзает. Вы хотите, чтобы он умер у вас на глазах?

— Он не умирает! — взвизгнул Вейрен, и в его голосе было больше паники, чем злости. — Он… он… Не смей прикасаться!

— Уже прикасаюсь, — сухо сказала Марина. — И пока он дышит — я буду.

Белая пелена дрогнула, как кожа. Иней по полу метнулся вверх, тонкими иглами упёрся в подол юбки Марины. В следующий миг она почувствовала, как ткань будто схватывает — ледяной коркой.

— Чёрт… — прошептала она и резко подалась вперёд, прижимаясь к герцогу почти всем корпусом, закрывая его от этих игл своим телом.

— Ты сумасшедшая! — выдохнула Лин где-то за спиной, и этот шёпот прозвучал так, словно она молилась.

Айcвальд с трудом поднял голову. Глаза были почти бесцветные, как лёд над глубокой водой. Он смотрел на Марину так, будто пытался вспомнить, кто она — и почему не отступает.

— Уй… ди… — сорвалось у него, голос был хриплый, словно он выдыхал крошку льда.

— Не уйду, — ответила Марина коротко и наклонилась ближе. — Слышите? Дышите со мной. Раз… два… три…

— Ты… — он попытался поднять руку, но пальцы не слушались.

— Торн! — Марина резко подняла взгляд, не отпуская герцога. — Мне нужно тепло. Не огонь, не пламя — тепло. Камни. Те, что вы греете в закрытых печах. И одеяла. И горячий настой — тёплый, насколько можно. Быстро.

Торн моргнул, словно не сразу понял, что служанка отдаёт приказы.

— Сейчас! — рявкнул он на своих, и этот рык наконец сорвал оцепенение. — В кухню! Живо!

— Агата! — Марина повернула голову. — Дайте чистую ткань. Не ту, которой вы пол моете. Чистую.

— Ты смеешь… — Агата сделала шаг, лицо налилось яростью, но тут же остановилась, увидев, как Айсвальд дернулся, и вокруг него иней вспыхнул снова.

Греймпоявился рядом почти бесшумно — как тень.

— Госпожа Агата, — сказал он мягко, но это «мягко» было сталью, — выполняйте.

Агата стиснула губы.

— Лин. В кладовую. Простыни. Новые.

— Н-новые? — Лин побледнела.