Янтарь и Лазурит - Чайный Лис Страница 9

Она, как и обещала, вместе с Цянцян проводила его на пристань, где поднялась с ним на корабль, но на время оставила со служанкой и ушла попрощаться с отцом. Слуги переносили на корабль огромные ящики и кувшины и грузили их в трюм.

— Я не успела поблагодарить вас за спасение моего младшего брата, добрый монах Сюаньму, – потупив взор, смущенно произнесла служанка.

Монах сложил руки за спиной и ответил:

— Не стоит, твои родители уже поблагодарили меня.

— Женщины, бульк, – донеслось тихое бормотание из мешочка.

Каппа заговорил! В глазах монаха сверкнули огоньки, он поднес руку к груди, но не отодвинул ворот темно-синего халата. Спешка ни к чему: он еще успеет пообщаться с похожим на жабу существом за неделю пути. В резиденции семьи Ли он не открывал мешок, чтобы каппа не сбежал, а здесь у них будет уйма времени. Сюаньму не планировал вечность держать его в заточении, только хотел поговорить и затем выпустить в море – пусть живет себе.

Цянцян то ли не услышала каппу, то ли не подала виду, но обеими руками взяла монаха за рукав и потянула к себе. Он разжал пальцы и позволил поднести его ладонь к ее груди, которую она нежно сжала и сказала:

— Я не забуду вашей доброты.

Вскоре вернулась молодая госпожа Ли и сошла на берег вместе со служанкой, а нагруженный товаром корабль под крики чаек отправился в путь.

Шум и оживление на палубе стихли, матросы занимались делами, торговцы находились в своих каютах. Сюаньму положил руки на борт корабля и вгляделся в темную пучину океана, который им предстояло пересечь, чтобы оказаться в Сонгусыле. Вслушиваясь в плеск воды, ударяющейся о корабль, он ощущал необъяснимую тягу вдаль. Ничто так сильно не манило – Сюаньму впервые узнал столь яркое чувство, с которым не мог совладать. Он опустил руку в надежде, что брызги окропят его кожу.

— Чем ты там занимаешься? – пробулькало существо из мешка у него на груди.

Сюаньму отодвинулся от борта, но руки с него не убрал. Должно быть, в порыве эмоций случайно придавил мешок с каппой, вот тот и возмутился.

— Ты снова говоришь.

— Я и не переставал, – хихикающе булькнуло существо в мешке.

— Ночью перестал.

— Должно быть, заснул, – раздался смешок. – У тебя не найдется чего перекусить? Помираю с голоду.

Сюаньму сунул руку в халат и приоткрыл мешок, позволяя каппе выглянуть и вдохнуть освежающий морской бриз.

— Чем ты питаешься? Здесь летают мошки.

— Вода! – яростно воскликнуло существо в мешке, как только ощутило аромат свободы. Похоже, насекомые совершенно не интересовали его, а вот океан притягивал даже монаха, впервые оказавшегося на корабле. – Просто дай мне воды.

Каппа попытался выпрыгнуть, но Сюаньму придержал его рукой с четками, которые слабо засветились при соприкосновении с жабьей мордой. Та спряталась с жалостливым шипением, лишь два рыжих глаза вылупились со дна мешка и смерили монаха сердитым взглядом.

— Я не против выпустить тебя в океан, но сперва расскажи, что такое Тигуса.

Каппа издавал недовольные булькающие звуки, а потом возмущенно проворчал:

— А ты будто не знаешь.

Монах молчал.

— Да от тебя воняет Тигусой!

— Это место?

— Уже нет, – ехидно булькнул каппа. Сюаньму понемногу уставал от их диалога, не понимая, почему собеседник отказывался говорить напрямую. Вытягивать информацию было слишком утомительно, поэтому монах решил пригрозить: