Стань светом в темном море. Том 2 - Softcoral Страница 9

— Насколько тяжелы раны у выживших?

— А ты врач?

Я все еще прижимал полотенце к правому глазу и мог смотреть только левым, но даже так увидел, что Кану широко улыбается.

Я торопливо замотал головой:

— Нет, я стоматолог.

Пусть поймет, что пользы от меня мало.

— А, так ты тот самый новый дантист… Как же называлась твоя клиника? Deep… Black?

Я фыркнул от смеха, но сразу пожалел об этом – разбитая губа дернулась от боли. Щека тоже болела. И глаз. Меня как следует отделали. Я провел языком по рассеченной губе и внутренней стороне рта, а потом поправил:

— Deep Blue. Я всего пять дней как приехал, а уже попал в такую передрягу. Обидно до ужаса. У вас тут черт-те что творится.

— Согласен. Я давно здесь работаю, но тоже подумываю об уходе.

Кану протянул мне кулак, и я машинально сделал то же самое. Наши кулаки бессильно соприкоснулись и тут же разошлись. Я осторожно дотронулся до бока и тихо застонал. Лучше не трогать. Меня еще никогда не били так сильно.

От тупой ноющей боли я прикусил губу, потом все же пробормотал:

— Если у выживших раны на лице, то я смогу их хотя бы осмотреть.

— Да тебе сначала с собственным лицом разобраться надо, пацан, – усмехнулся Кану, водя пальцем у меня перед носом. – Кто тебя так отделал? У девушек, смотрю, ни царапины, значит, ты их защищал. Что ж, для парня это в порядке вещей.

Он явно что-то не так понял. Интересно, насколько у меня разбито лицо, раз он делает такие выводы? До сегодняшнего дня я ни разу в жизни никого не бил. И сам тоже никогда не получал. А если уж говорить о ранениях, то Ю Гыми и Ли Чжихён, которых стукнули железным стулом, пострадали куда больше. А уж как сильно Ким Гаён обожгла себе руки кислотой – даже представить страшно.

— Стыдно признаться, но я почти ничего не сделал. Единственная причина, по которой я все еще здесь, – это то, что мои спутницы сражались куда отчаяннее меня.

Лежавшая на скамье Ю Гыми тихо застонала и прижала руку к пояснице.

— Здесь есть хоть какие-нибудь лекарства? – спросил я у Кану.

— У меня должно быть обезболивающее, да и в других кабинетах наверняка что-то осталось.

— А эперизон или ацеклофенак? Или хотя бы обычный антисептик? Может, жаропонижающее? Если уж совсем ничего, то хоть пластырь… или, не знаю, жидкость для полоскания рта.

Ну должно же в лаборатории быть хоть что-то! Ученые, вы же чистите зубы, правда?

Глава 83

Раннинбек

Часть 2

— Ну… можно порыться в кабинете директора, – сказал Кану, поднимаясь. – Вдруг там есть аптечка.

Вдалеке показались Ким Гаён, Ли Чжихён и мужчина по имени Сэм. Ли Чжихён что-то говорила, указывая на руки Ким Гаён, но я был слишком далеко, чтобы разобрать слова. Руки у той были плотно замотаны чьей-то одеждой. Судя по всему, раны оказались серьезными.

Я попросил их не спускать глаз с Ю Гыми, а сам направился в уборную. Хотелось перейти на бег, но каждое движение, каждый вздох отзывались резью в боку.

Трещина в ребрах? Нет, не может быть. Иначе я бы сейчас рыдал, корчась от боли на полу. Должно быть, у меня ничего серьезного. Не буду накручивать себя, пока не увижу рентген. Переживать сейчас – только зря нервы тратить. Нужно сосредоточиться на настоящем.

Я взглянул в зеркало и увидел, что правая и левая стороны моего лица разительно отличаются. Левая сторона выглядела более-менее нормально, а вот правая… Сплошные синяки, запекшаяся кровь. Ну и видок… Неужели это я? Щека уже начала отекать. Правая бровь была рассечена, но кровь успела свернуться, смешавшись с ворсинками полотенца.