Василиса и проклятая мельница - Глория Нотта,Наталия Зябкова Страница 90

Глава 56

Темный властелин прикрыл глаза и испустил долгий вздох.

— Ну, ты – понятно, − кивнул он, вновь кольнув меня стылым взглядом. – За две недели много ль успеешь? Хотя я однажды по пья… по необходимости, дважды за неделю в Правь ходил и обратно, чтобы… В общем многое можно успеть… А ты что же? – он зыркнул исподлобья на притихшего Серого. – Пять лет в Нави даром что ли прошли? О чём думал, когда эту глупость творил?

— Да я… хотел от проклятия своего избавиться, − нерешительно ответил парень.

— Хотел… хотел… − задумчиво пробасил владыка царства мертвых. – Кто ж тебя надоумил? Точно ведь не сам докумекал?

— В книге одной колдовской читал, − опустил голову Василь. – «Который волколак из царства мертвых вернётся, тот от проклятья своего избавится», так там написано.

— Ага, − кивнул мужчина. – А о том не подумал, что из царства мёртвых только на новое рожденье и возвращаются. Так что быть тебе тут, пока себя не забудешь, и жене моей на глаза попадёшься. А уж она тебя мигом отправит куда надо.

Серый побледнел и отшатнулся, сжав добела кулаки, будто так хотел задавить рвущийся из груди крик.

— Как же звать жену вашу? – почему-то это казалось сейчас самым важным.

— Ах, как же, как же… − задумчиво передразнил мужчина. – Какой народ нынче пошел необразованный! И меня тоже не узнала? – он снял корону с руки и снова надел на голову. Страшная серебряная маска леденящей улыбкой голого черепа легла на правильные черты мужчины. Глядящие через провалы пустых глазниц льдистые глаза выглядели жутко. – Ну?

Я открыла рот и… закрыла. Предположение уж слишком сказочное! Неужто?..

Темный властелин снял корону, и проговорил между делом, надевая её обратно на руку:

— Кощей – одно из имён, известных вашему брату. Догадалась теперь, кто жёнушка моя?

— Морена! – прошептал Василь и больно сжал мне предплечье. – Сама Смерть.

— А дружок-то твой поопытнее будет! Пяток лет не совсем даром у Мельника провёл. Морена, кто же ещё! Женка моя, она нити жизни обрывает и в чертоги смертные уносит. Там и вкладывает души, как тело подходящее сыщется, на новое рожденье в мир Прави отправляет. Дошло до тебя, волчишка, о чём в книге той написано? Ты по глупости своей сам со смертью связался. Хлебай теперь полной ложкой!

К моему безмерному удивлению, Василь бухнулся на колени перед Кощеем и дрожащим голосом попросил:

— Василису отпусти! Это я её подбил за стрелой вслед отправляться и предка выручать. Я ведь в Ирии не бывал, о Калиновом мосте и не помышлял, а она ещё ученье как следует не начала, но уже дважды по нему прошла, да ещё с наливными яблоками вернулась. Вот и подумал – с нею не так уж и страшно в твоё царство отправляться, авось обратно выберемся.

Вот так Серый, ай да волчище! Воспользовался мной по полной, а я ему доверилась, как дура! Другом считала…

Стрела в руке задрожала, почуяв переполнявшие меня чувства. Я сцепила кулак покрепче, чтобы не вырвалась. А Иван-то казак тоже хорош! Оказывается, он меня нарочно заманил… зачем только?

— Да, это ты верно приметил, − протянул Кощей, тряхнув роскошными волосами, так и рассыпавшимися по плечам тугими чёрными волнами. – Ирий от царства моего не сильно отличается. Разве что, растёт всякое-разное. Ну да и у нас есть диковины, коих и в Ирии не найти... Что призадумалась, девица? Гадаешь, как такое могло случиться, и верный друг облудом[1] оказался? А вот сейчас ещё и предка твоего непутёвого спросим, коим местом думал, свою пра-правнучку на муки завлекая. Ну-ка Ерёмка, зови дружка закадычного! Пусть вылезет из своего котла, да перестанет на минуту смолу хлестать.