Полыхающий рассвет - Лисса Соллей Страница 91

Ал двинулся влево от Штаба и кивнул сестре.

— Ты же сказал, что надо зайти за вещами. – Нишант пошёл за ними. – Мы направляемся к вам домой?

— Дом, Нишант, – Ал остановился и посмотрел ему в глаза, – это место, где тебя ждут. Там нас никто не ждёт.

Он тут же развернулся и продолжил идти. Морганна покачала головой.

— Велли имел в виду, что в нашем языке дом не означает место проживания.

— А как же тогда люди возвращаются в одинокие дома?

— Кто же сказал, что они одинокие? – Ал немного смягчился. – Дома живут домовые духи. Они охраняют жилище и заботятся о нём.

— А здесь?

— Здесь домового нет, – отрезал мужчина. – Да и не стал бы он тут жить. Я бы тоже не жил.

Они ещё раз завернули за угол. Морганна не нашла, чем ещё притушить раздражение брата, поэтому аккуратно глянула на Нишанта. Он спрашивать и продолжать разговор не стал.

И ведь это было действительно так. Морганне тоже не нравились дома Арисны, дома Центра. Они казались ей бездушными и однообразно унылыми. Всё из дерева, всё в одном цвете, словно сама природа запретила другие украшения. Правда, иной раз можно было встретить редкие лозы винограда, но и те были скудны.

Вот они прошли мимо чайной лавки. Никакого травяного запаха не раздалось, только курительная пыль – табак. Он Хель не нравился, как и в целом северянам. Венна его не запрещала, но особо и не одобряла. Да и люди сами всё понимали: от хорошего дела кашлять сажей не будешь.

Слева раздался звон – это была оружейная лавка. У её владельца сын – тот ещё хулиган. Он часто таскал металлические обломки и сам стругал ножики. Они по всему кварталу гуляли – от мальчишки к мальчишке. Отчего-то Морганне вспомнился отец. Он часто просил принести железный меч брата. Тот не любил такие упражнения, поэтому специально брал клинок полегче. А младшей сестричке приходилось бегать за ним.

«Раньше я носила меч брату. А теперь ношу свой».

Морганна тронула пальцами рукоять и глянула вверх. Ползли неприятные серые тучи. Мерещилось, будто эта небесная сажа специально пачкает своими лапами облака и портит погоду в столице.

Они перешли дорогу, и справа показался ряд жилых домов. Альберт прошёлся взглядом по крышам, про себя считая каждую из них. Когда дошёл до семнадцатой, повернул направо. Послышалось копошение – Морганна искала в сумке ключи.

Дом встретил их тишиной и отстранённостью. Он был таким неприметным, что, казалось, не зная дороги точно до двери, ни за что не найдёшь. Его стены, выложенные камнем, покрылись мхом от сырости, а малая клумба с высохшими цветами под окнами словно бы умоляла о покое. Сбоку висел небольшой колокольчик, едва позвякивающий от ветерка.

Морганна прошла вперёд и провернула ключ. Открылась дверь. Внутри всё было ещё более унылым. Нишант даже не поверил сначала. Обычно северные дома были оплотом уюта и тепла, даже вне Варяжья, а здесь… здесь не было ничего. Ни развешанных трав, что должны отгонять враждебных духов, ни печки, сверху укрытой кучей подушек и перин, даже защитных рун не было. Не было и уголка для домового с чёрным хлебом и молоком с мёдом. Дом был простым и скудным: в проходной комнате слева располагалась столовая, объединённая с кухней с правой стороны, а дальше шли две жилые комнаты и приставная лестница на чердак.