В теле пацана - Игорь Павлов Страница 91

Почему-то не могу даже допустить мысли, что она исчезнет из моей жизни. С бешеным сердцем подаюсь к ней, ощущая, что вот-вот уйдёт навсегда! Закроет мне все двери, доступ, уедет, исчезнет, перенесётся в неведомый край чуждого мне мира, пропадёт навсегда. Навсегда…

Обхватываю руками крепко со спины! В спешке схватил, как попало: одна рука за живот, вторая попала на грудь, да не важно. Блёстки растворяются в синем камне, истончается магия. Успел.

Ольви даже не сопротивляется. Она просто молчит в моих объятиях.

Глава 17. Любить или быть любимым?

— Отпусти, – раздаётся невозмутимое от магички.

Но я держу ещё крепче, как самое дорогое, что у меня есть.

— Нет.

— Я применю боевую магию, это больно, – звучит первая угроза цинично ровным тоном.

— Больнее, чем от твоих слов? – спрашиваю, продолжая сжимать в своих объятиях.

— И чем же ты так оскорблён? – раздаётся с усмешкой и далее уже бросает: – Эгоистичный, избалованный сынок короля. Отпусти, больше предупреждений не будет.

Руку с плотной груди убираю, опуская на твёрдый животик. Уже и неловко так нагло держать. Но отпустить всё равно не могу, прижимаю за талию, сам прислоняю щёку к её спине.

— Ты хочешь обратно к нему? – спрашиваю тихо.

— Я посрамлена, ты шутишь? – раздаётся с иронией. Девушка стоит напряжённой статуей, вообще не двигается.

— Да что такого? – не удержался от возмущений. – У тебя великолепная грудь, которой можно только гордиться. Думаешь, твой лорд отвернется от тебя, увидев чуть больше положенного. Ха! Да я уверен, он ещё больше воспылал страстью. Поверь, теперь тебе будет сложно отвертеться от его ухаживаний.

Ольви усмехнулась.

— Мне хорошо известно, что подданные Леванта охотно вяжутся с суккубами, развращающими умы и тела, – выдала вдруг. – В моём же королевстве честь, достоинство и сдержанность превыше всего.

— Прости, не думал, что так выйдет, – говорю искренне. – Мне хотелось привлечь внимание, подать знак, переместив что-то твоё. С трусами вышло случайно, я, правда, не специально. Ольви?

Продолжаем стоять. У неё руки опущены, а я жмусь. Мне так приятно ощущать её тело. До отчаяния и трясучки.

— Странно, – раздаётся от неё негромко и обыденно. – Уровень умений значительно выше знаний. Разве так бывает?

— Ты попробовала медь в своей стихии искр? – пытаюсь завести разговор.

— Нет. Не до того. И чтобы проверить твою теорию, нужно переделывать крутящий момент, а с ним и весь агрегат. У меня нет таких средств для сомнительных экспериментов. За особые заказы кузнец берёт баснословно.

— Так наколдуй монеты, – говорю скрипучим голосом, прикипая к её телу, как к сладкой подушке.

— Не смешно, Кристиан, – говорит угрюмо. – Или тебе законы Магистрата магии не писаны? Если поймают на таком, мне и дед не поможет.

— Ого.

— Хватит, отпускай, – опять за своё. – Я детей не трогаю, но ты вынуждаешь.

— Мне тринадцать циклов, – возмущаюсь.

Вздыхает глубоко. Руками берёт за мои в районе запястий, показывая решительность. Сжимает не сильно, но тянет всё настойчивее. Отпускаю. Убирает руки и даже успевает сделать шаг!

Ага, разбежалась.

Оббегаю спереди, присаживаюсь и обхватываю теперь ноги! Прямо под коленки. Никогда не пробовал раньше строить из себя цыганёнка. Смотрю снизу вверх с бровками «пёсьими». А она на меня чернеющим взглядом в ответ.