Поручик - Андрей Посняков Страница 93

— Отличное вино! Просто отличное, господин Тевосов, – попробовав, подпоручик расплылся в улыбке.

Антон тоже поддержал:

— Да, прекрасное вино! Ничем не хуже французского. Ничем!

— Это с моих крымских виноградников, – польщенно улыбнулся торговец. – Вы кушайте, кушайте… Вот арбуз, дыня… Сладкая – ух!

— Да, дыня отличная…

— Такая честь для меня! Господа русские офицеры! В моем доме… Просто не верится, да.

— Как вы знаете, у нас есть одно дело, – улучив момент, наконец, высказался Переверзев. И, чтобы не втягиваться и дальше в витиеватые восточные обычаи, тут же к делу и перешел: – Господин Ахметов сказал, что вы можете ссудить деньгами… Мне немного нужно… И ненадолго… Да, вот мой поручитель!

— Поручик Шлиссельбургского пехотного полка Антон Арка… Антон Авдеевич Сосновский! – встав, отрывисто кивнул Антон.

— Большая честь! – купец протянул руку и хитровато улыбнулся. – А я ведь вас знаю! По рассказам, конечно. Это ведь вы недавно обедали с командующим?

— Ну… не стану скрывать – да, – Сосновский развел руками и посетовал: – У вас тут чихнешь – и всем уже известно!

— Что поделать, Кинбурн – маленький городок. А при султане был еще меньше! Ничего, сейчас покончим с турком… начнем торговать, разрастемся! Да, господин Переверзев! – хозяин перевел взгляд на подпоручика. – У вас, Игорь Павлович, имение на три тысячи душ!

Переверзев скромно потупился:

— Что ж, отрицать не стану…

— Ну, и я не стану вас больше томить, господа! – развел руками торговец. – К делам так к делам… О какой сумме идет речь, господин Переверзев? Что-что? Сто рублей? Всего-то? Да тут и поручители без надобности… Тем более – вам-то… Сейчас велю принести деньги… Вам как? Русским серебром? Есть еще турецкие куруши… Но, боже мой, это османское серебро… Увы! Что и говорить, лучшие времена Порты остались далеко позади. Что и прекрасно, верно? Нет-нет, господин Переверзев, никакой закладной подписывать не надо. Достаточно вашего слова. Вполне. А на случай вашей преждевременной смерти… конечно, не дай бог, но война все-таки… Тогда деньгами распорядится господин Сосновский. Так?

— Не извольте сомневаться! – подтвердил Антон.

— О, нет, нет! Что вы… – и снова хитрая улыбка и вкрадчивый голос. – Как вам Гюли-Гюли, господа? Понравилась? Вот и мне… Не далее как вчера она заходила ко мне… с одним делом… Купила кое-что, да… и очень благодарила, знаете ли!

Купец явно хвастался, но так, слегка…

В этот момент кто-то осторожно постучал в дверь, даже приоткрыл, несмело, но вполне настойчиво – видать, дело было важным. Торговец удивленно приподнял левую бровь и тут же бросил быстрый взгляд на гостей:

— Прошу извинить, господа!

Поднявшись на ноги, Тевосов подошел к двери, потом вышел… Слышно было, как он говорит с кем-то весьма недовольным тоном. О чем шла речь, догадаться было невозможно – говорили по-армянски или еще на каком языке.

— Одно небольшое дело, – вернувшись, светски улыбнулся купец. – Так, улажу…

Слышно было, как по двору забегали слуги.

— Вот ваши деньги, любезнейший господин подпоручик! Золотом и серебром.

Вытащив из-под кресла небольшой сундучок, видать, заранее приготовленный, армянин отсчитал монеты…

— Ничего, что есть и луидоры, и пиастры?

— Ничего… Благодарю, господин Тевосов! – встав, Переверзев кивнул и приложил руку к сердцу. – От всей души благодарю! И заверяю – у вас не будет повода беспокоиться.