В паутине интриг - Владимир Сухинин Страница 95

— Но, сир, вы неправильно понимаете, – начал было сэр Арчибальд, пытаясь оправдаться, но Артам его остановил:

— Я знаю достаточно, чтобы сделать выводы. Вы должны были оправдать доверие, но вы пренебрегли своим долгом. Мне жаль, что я ошибся в вас.

Он замолчал, но его слова продолжали звучать в ушах присутствующих. Затем, глядя на каждого из аристократов, он добавил:

— В моем княжестве нет места бездельникам. Вы все должны задуматься, какую пользу принесете моему княжеству. И ты, дорогая, – обратился он к леди Миле, – дала плохой совет моему брату. Позвать к себе сэра Арчибальда. Назначить его канцлером. Что с тобой случилось? Ты перестала видеть дальше своего носа? Что толкового сделал сэр Арчибальд для княжества? Ничего. Как он мог сделать что-то путное в царстве брата?

Артам говорил в присутствии сэра Арчибальда, и тот менялся в лице. Слова Артама били, как удары плети, но он говорил тихо, с холодной уверенностью. Леди Энея сидела красная от стыда, Уильям же, напротив, улыбался, словно наслаждаясь происходящим.

— Я могу заниматься сыском, – сказал он. – Больше я ничего не умею.

— Умеете, сэр Уильям, – ответил Артам. – У меня есть для вас особое задание. Вы будете послом в островном царстве, послом союза эхейцев.

Он отложил вилку, снял салфетку и встал. Остальные, подавленные и молчаливые, поднялись следом. Когда Артам ушел, они остались сидеть, чувствуя, как тяжесть его слов оседает на их плечах.

— Ух и напугал, – выдохнул сэр Арчибальд. – Каков бывает наш князь… суров…

Мила, внезапно покрасневшая от гнева, вскочила со своего места:

— Сэр Арчибальд… вы… – Она не смогла подобрать слов, ее голос дрожал от негодования. – Вы – позор княжества!

С этими словами она резко бросила салфетку на стол и выбежала из залы, оставив за собой шлейф негодования и боли. Сэр Арчибальд хотел ответить жестко, но слова застряли в горле. Его лицо исказилось, губы задрожали, плечи опустились, словно под тяжестью времени и собственных ошибок. Он выглядел старым и жалким, почти сломленным.

Почти беззвучно, едва слышно, он прошептал:

— Я стал старым и бесполезным…

Затем, словно тень, он поднялся из-за стола и, шаркая, как больной и усталый человек, медленно покинул обеденный зал, оставив за собой тишину, наполненную горечью и сожалением.

Артам пребывал в смятении, его сердце билось тревожно. Хойдрым, один из князей, знал о надвигающемся набеге пиратов. Он имел связи с великими родами и был близок к князьям гор. Артам не мог понять, на что надеется Хойдрым, умолчав о грозящей опасности. Кто защитит его княжество? Или, быть может, Хойдрым сам тайно связан с пиратами? Как ему удалось заручиться поддержкой всех противников? Эти мысли терзали Артама, и он пожалел, что по совету молодого Артема не покинул замок и не отправился сразу к Гросвару. Он хотел, но что-то удержало его. Может, кто-то влиял на его решения?

Артам осознал, что княжество, созданное Артемом из разрозненных племен, не было единым. Только внешняя угроза могла объединить князей Озер. В противном случае начнутся процессы разложения, которые уже начали подтачивать Хойдрыма. Боги, казалось, сами встали против них.

Артам вызвал Мешрула.

— Сходи к капитану Воржеку, – приказал он. – Пригласи его сюда.

Вскоре Воржек вошел в зал библиотеки. Его лицо было спокойным, но взгляд тревожным – скорый вызов к князю мог предвещать неприятности. Слухи, что князь с утра не в духе, уже разнеслись по замку.