Земский докторъ. Том 5. Красная земля - Андрей Посняков,Тим Волков Страница 99

— Э, Виктор! — шутливо погрозил пальцем доктор. — Царскую полицию хотите возродить?

— Не царскую, Иван Палыч — народную! И не я один. Вот, и постановление вышло, — молодой человек благоговейно вытащил из кармана сложенный в четверть листок. — Так и называется «О рабочей милиции»… Вот тут и об отделах сказано! Но, пока — увы… Нескоро дело делается!

— Так, может, просто поторопиться? — улыбнулся доктор. — Штат набрать.

— Шта-ат?

— Я поговорю с Гладилиным, он против не будет… Кстати, Витя, у нас в медицине, еще хуже! Нет центрального органа вообще. И при царях не имелось, хотя, неудачная попытка была. А так, все, как и у вас. Как хотите, так и крутитесь! Ну, разве можно? Я даже об этом с товарищем Лениным говорил, председателем Совнаркома! — вспоминая ту беседу, Иван Палыч прищурился.

— Вы… Вы с Лениным говорили? — удивленно переспросил Красников.

Доктор пожал плечами:

— Ну, да. И он меня, кстати, поддержал! А вы говорите — священнику в школе нельзя. Владимир Ильич бы, знаете, что вам на это сказал? Узко мыслите, батенька! Кстати, сам товарищ Сталин — бывший семинарист! Ну, который из наркомата по национальностям… А вот, кстати, и отец Николай!

На большаке показалась одноколка, запряженная каурой лошадкою. Свернув к пепелищу, сидевший в коляске священник натянул вожжи, улыбнулся:

— Тпр-ру! Здравствуйте, товарищи миряне! Ну, что тут фотографировать?

Рядом, на сиденье, виднелся большой квадратный аппарат с треногой.

— Да вот, пожалуй, общий план… — показал Красников. — И крупно — флигель.

— А флигель-то подновить, так и жить можно! — устраивая фотокамеру, отец Николай рассмеялся.

Молодой, крепкий, подвижный, с аккуратно подстриженной бородою, он сильно прихрамывал — последствия фронтового ранения.

— Ну да, стекла вставил — и живи себе, — согласно кивнул доктор. — Тем более, хозяева-то есть. Отче! А что с ремонтом церкви? Вы ж куда-то деньги внесли…

— Да внес, — отец Николай махнул рукой. — Видать, попутал нечистый… Без толку все!

— А что за контора-то?

— «Международные цепеллины»… или как-то так! — священник поправил на голове скуфейку. — Учитель наш бывший посоветовал — господин Рябинин…

Иван Палыч едва сдержал смех: Рябинин посоветовал… ну да, ну да…

— Аферист ваш Рябинин! Вернее — наш, — нахмурился Виктор. — Даже не знаю, как его и поймать? Опять на живца? Так уже пробовали… эх!

— Так, коли аферист, надо объявления дать, в газетах, — отвернувшись от камеры, отец Николай пригладил бороду. — Награду за поимку объявить.

Красников рассмеялся:

— Ха! Награду… Разве только усиленным пайком!

— А ведь неплохая мысль! — тут же осенило и доктора. — Так ведь и надо сделать, а?

Действительно — дать во всех газетах приметы, листовки развесить на всех углах — «разыскивается опасный преступник» и все такое. Чтоб у этого гада Рябинина земля под ногами горела, чтоб с оглядкой ходил и в каждом предателя видел! Он же многих обманул, кинул… глядишь и… Все же не Фантомас — обычный человек. Хотя, да — хитрый, беспринципный, жестокий… и в чем-то даже талантливый.

— У тебя ж, Виктор, есть знакомый журналист… Ах, — Иван Палыч с сожалением покусал губы. — Это у Петракова был… Эх, Василий, Василий.

— Так журналиста и я знаю, — улыбнулся Красников. — Он в гимназии, рядом, учился. Да во все газеты приметы дадим! Которые еще не закрылись. Отец Николай… снимки-то когда готовы будут?