Без права на счастье - Катерина Крутова Страница 111

Варшавский не заморачивается насчет тарелок, просто бахает сковороду в центр стола и выдает Вере ложку.

— Так вкуснее, — сообщает мужчина, подавая пример и отправляя в рот первую порцию. Смирнова согласна — полдня без еды отзываются урчанием живота и обильной слюной от простых ароматов. Едят они молча. Вера то и дело поглядывает на Германа, но тот отстранён — мысли явно далеко, пытаются собрать головоломку, которая девушке пока непонятна. Горячая жирная пища насыщает быстро, опьяняя и расслабляя не хуже алкоголя. Хочется обратно в постель и точно не одной. Вероятно, Варшавский приходит к таким же выводам, потому что, вернув сковороду на плиту, тут же притягивает Веру к себе, целуя совсем не невинно. Сама не понимая как, через секунду она уже сидит на столе, скрестив лодыжки на мужских ягодицах и позволяя сильным рукам ласкать грудь, а настойчивым губам покрывать поцелуями шею и ключицы. До кровати они, вероятно, добраться не успеют — стояк топорщит трусы, проверяя прочность материала, а Верка и так под рубашкой совершенно голая. Герман успевает спустить резинку боксеров и коснуться головкой половых губ, как звонит лежащий на подоконнике сотовый.

— Нахер, — рычит Варшавский, уже направляя член во влажное лоно, — перезвоню!

Он входит, срывая с Вериного языка продолжительный согласный стон, в этот раз не распаляясь на прелюдии, сразу глубоко погружаясь и двигаясь размашисто и резко. Вера вцепляется в плечи и сильнее обхватывает ногами. Телефон звонит второй раз.

— Да бля! — возмущается Герман, продолжая вбиваться в податливое тело под мелодию звонка.

— Может что срочное? — робко замечает девушка. Прерываться ей не хочется, но трезвонящий мобильный мешает сосредоточиться на удовольствии.

— Я быстро! — мужчина выходит, оставляя ее сидеть на столе, и рявкает, приняв вызов:

— Алексей, ты чертовски не вовремя! — но лицо Германа тут же меняется, из раздраженного, раскрасневшегося, становясь сосредоточенным, выточенным из камня.

— Когда?! Он жив? — динамик кричит, но Вера не может разобрать слов.

— Алекс, стоп паника! — командует Варшавский, — вези его в больницу. Какого хера «не хочет»?!

Слышно, как голос в трубке меняется, на смену громкому и взволнованному приходит другой.

— Будет тебе водка и сисястая медсестра, а еще дрын по жопе, когда приеду! Игорь, кончай браваду, тебе нужен врач, — кажется, или Герман чуть успокаивается, услышав речь Даля?

— Ок, езжайте туда. Я буду через двадцать минут.

Варшавский прерывает разговор и порывисто оборачивается к Вере:

— Шведа подстрелили. Этот идиот не мог подождать.

* * *

— Знаешь, почему Даля окрестили д'Артаньяном? — джип Варшавского мчит через нежелающий посыпаться город.

— Любит драться? — Вера предполагает наугад.

— Постоянно находит приключения на задницу. Не человек — магнит для разной херни. Причем в равной степени позитивной и негативной. Правда, всегда умудряется выбраться не только живым, но и извлечь выгоду.

Задавать вопросы о происходящем девушка избегает. Достаточно того, как Варшавский смотрел, когда она отказалась остаться на квартире. Ждать в неведение — худшее, что можно себе представить. Одной — нервно и страшно, а рядом с ним и все зло мира кажется не таким уж непобедимым. Потому большую часть дороги они едут под радио: