Мы те, кто умрет - Стасия Старк Страница 126

Слева от меня я насчитываю не менее двадцати дверей.

Роррик продолжает идти, и мои ботинки утопают в мягких плюшевых коврах, устилающих деревянный пол. Открыв неохраняемую дверь, он жестом приглашает меня войти в темную комнату.

— Я так не думаю.

Он медленно улыбается мне.

— Подозрительная малышка. — Он заходит внутрь, включает лампу, и мое сердце замирает в груди.

Находиться в центре внимания Роррика — все равно что сунуть голову в пасть льва и ждать, когда он сожмет челюсти. Каждый раз, когда он смотрит на меня своим ледяным взглядом, мне приходится бороться с желанием убежать.

Это изматывает.

— Где мы? — шепчу я.

— В моей спальне.

Опускаюсь на корточки. Левой рукой поднимаю платье. Правой рукой тянусь к кинжалу…

Роррик проходит мимо меня с довольным видом.

— Ты слишком легко выходишь из себя. Тебе следует над этим поработать. Это покои императора. И у меня есть для тебя идеальное укрытие.

Он отворачивается, и я позволяю себе осмотреть комнату императора. Мой взгляд сразу же привлекает величественная кровать с балдахином, занимающая большую часть комнаты, с бархатными занавесями темно-красного и золотого цветов, свисающими с каждой стороны. Стены обшиты темным полированным деревом, которое идеально сочетается с резным столом из орехового дерева и стулом в углу.

Я никак не могу представить императора, сидящего в таком месте, созданном для писемили размышлений. Я не могу не вытянуть шею, чтобы мельком взглянуть на мраморные колонны в примыкающей к комнате ванной.

— Если ты закончила глазеть… — Роррик открывает дверь просторного гардероба.

— Ты же не серьезно.

— Ты думаешь, я из тех, кто любит шутить?

Ну, раз он так говорит.

— А что будет, если слуга заглянет сюда?

— Подойди ближе. — Эти слова звучат как вызов, и я, игнорируя бешеное биение в груди, подхожу ближе.

Когда он указывает на потайную дверь в полу, я с шумом выдыхаю.

— Страдаешь клаустрофобией?

— Нет. Но это не значит, что я хочу спрятаться там.

— Там больше места, чем кажется.

Я заглядываю в темное пространство. Он прав. Здесь не так тесно, как я думала. Конечно, это не просторное помещение, но внутри достаточно места, чтобы три человека могли стоять бок о бок.

— Зачем это здесь?

Он лениво пожимает плечами.

— В этом дворце много секретов. Гвардейцы скоро вернутся, — предупреждает он, и я приседаю, чтобы спуститься в потайное место.

— А как насчет защитных чар? Ловушек? Твой отец — первый вампир. Созданный самим Умбросом.

— Этот мужчина не может войти в ванную комнату без нескольких слуг. — Роррик оскаливается, обнажая клыки. — Он полагается на своих гвардейцев, на свою репутацию и на страх. Но в одиночку? Моего отца сложно назвать непобедимым богом. По крайней мере, когда он спит.

Я прищуриваюсь.

— Или беззащитным.

— Нет. Но он предсказуем. Он привык к власти, гвардейцы окружают его неприступным щитом, а любые реальные угрозы устраняются задолго до того, как они приблизятся ко дворцу. Его чары служат защитой от армий, а не от одного-единственного убийцы с этим. — Он бросает что-то мне на колени. — Ты двигаешься, как пьяный бык. Этот кулон заглушит звук твоих неуклюжих шагов.

— Роррик. Подожди.

— Теперь пути назад нет, маленький кролик. Используй всю ту смелость, которую я заметил в тебе.

Не говоря ни слова, он закрывает деревянный люк над моей головой.