Измена. На бис! - Ася Вернадская Страница 16

Увидев меня, он выпрямился и сделал несколько шагов навстречу.

— Ада, говорят, ты была божественна сегодня.

Он протянул цветы. Аромат пионов ударил в нос, сладкий и пьянящий, перебивая запах городской зимней грязи.

— Прости за вчерашнее. Я был ослом. Больше этого не повторится.

Я взяла букет машинально. Мои пальцы утонули в шелковистых лепестках. Это был такой разительный контраст с его вчерашней жестокостью, что голова пошла кругом. Это игра. Должна быть игра. Но почему-то сердце верило.

— Спасибо, — пробормотала я. — Папа с Ликой?

— Уже в машине, ждут нас, — он мягко взял меня под локоть, его прикосновение было твёрдым и тёплым. — Поехали. Всё готово.

В салоне отец сиял, а Лика, одетая в изумрудное платье, которое очень гармонировало с её рыжими волосами, улыбалась. Но её улыбка была какой-то ненастоящей, а взгляд слишком часто скользил по Арсению, будто проверяя его реакцию на каждое моё слово.

«Метрополь» встретил нас тишиной приватного столика и дорогим вином. Арсений был безупречен: галантный, внимательный, его прикосновения ко мне были лёгкими и нежными. Он разливал вино, заказал моего любимого Камчатского краба, ловил взгляды. Он хотел, чтобы примирение прошло идеально. И я, как дура, почти начала в это верить.

Вино лилось рекой. Отец разгорячился, вспоминал старые истории. Арсений поддакивал и смеялся. А Лика… пила. Больше и быстрее всех. Её щёки покрылись нездоровым румянцем, а серые глаза стали слишком блестящими.

— Арсений, ты просто волшебник! — вдруг громко сказала она, когда он снова наполнил мой бокал водой. — Так умело всё устроил. И цветы, и ресторан… Прямо как в кино. Ты всегда так умел очаровывать?

В её тоне была странная нота горькой иронии, будто только она знала что-то скрытое от всех.

— Лилия, ты, кажется, перебрала с хересом, — мягко, но с лёгким предупреждением в голосе сказал отец.

— Что ты, Глеб, я в полном порядке! — она махнула рукой и неосторожно толкнула свой бокал. Он бы упал, если бы Арсений не подхватил его. Их пальцы встретились на мгновение. Лика резко отдёрнула руку, будто обожглась.

— Ой, простите! Какая я неуклюжая…

Арсений поставил бокал, его лицо оставалось невозмутимым, но уголок глаза дёрнулся.

— Ничего страшного. Тебе, может, стоит выпить воды?

— Нет-нет, всё хорошо, — она налила себе ещё вина, рука дрожала. Её взгляд упал на меня, на мой нетронутый десерт. — Адочка, ты что не ешь? Тебе не нравится? Арсений так старался выбирать…

В её словах не было заботы. Было какое-то нервное, навязчивое участие. Будто она хотела быть в центре этой сцены.

— Мне всё нравится, Лика, спасибо.

— Ну и отлично! — она звонко хлопнула в ладоши. — Тогда давайте выпьем! За нашу прекрасную Аду! За её терпение! — она подняла бокал и выпила залпом. Потом её лицо на мгновение исказила гримаса. То ли от крепкого вина, то ли от чего-то другого.

Арсений молча наблюдал за ней. В его взгляде читалось раздражение. Будто его идеально отрепетированный вечер портила какая-то непредвиденная помеха.

Дальше стало только хуже. Лика говорила всё громче, смеялась невпопад, перебивала. Она пыталась шутить, но её шутки были плоскими и слегка язвительными, особенно в адрес Арсения. То про слишком дорогой ресторан, то про то, что «такие мужья нынче на вес золота». Отец смущённо пытался её осадить, но она его не слышала.