Чудо на войне. В окопах атеистов нет - Павел Астахов Страница 189

Знакомый столяр сказал, что не сможет изготовить такой киот, потому что здесь требуются особое искусство и материалы. Через знакомых тоже не удалось найти кого-то, чтобы изготовить такой оклад по приемлемой цене. Самое малое называли сумму «от двухсот тысяч». Каждый день, входя в храм, отец Виталий останавливался перед чудесным образом и молился, грустно вздыхая. Так прошла неделя, и вот в воскресный день после литургии к нему подошла одна из прихожанок:

— Батюшка, благословите. Вы знаете, я увидела у вас новую икону. Смотрю, она у вас без киота…

— Да, вы знаете, мы никак не можем решить этот вопрос, – грустно ответил батюшка.

— Так вот, я хотела помочь. Мой брат работает в мастерской, которая занимается подобного рода вещами. У них кто-то заказал киот примерно такого же размера и не смог выкупить. Он у них стоит уже несколько месяцев.

— Но ведь там надо точные размеры знать… – попытался было возразить батюшка, в душе все же надеявшийся, что женщина действительно сейчас поможет решить важный для храма и него лично вопрос.

— Да, я понимаю. Но вчера вечером после вечерней службы я аккуратно ее измерила и отправила брату размеры. Он сегодня подтвердил, что киот точь-в-точь подходит, – радостно сообщила она.

— Ой, Господи помилуй. Неужели? Радость то какая! А когда можно его увидеть? – обрадовался отец Виталий, не веря, что их посетило такое благословение.

— Да в любое время. Я могу вам и фото показать.

— А что ваш брат и его коллеги хотели бы за этот киот? – вдруг заволновался священник.

— Понимаете, батюшка, они бы рады вам передать его бесплатно, но они сами не хозяева мастерской. И там материалы какие-то уникальные. Потратили много денег. Стоимость под заказ была почти в четверть миллиона, но по себестоимости получается шестьдесят две тысячи. Это сумма, которую хозяин просит за этот киот, – объяснила дама.

Отец Виталий начал судорожно соображать, где можно такую сумму срочно найти. В ящике для пожертвований столько не собиралось никогда, крупных жертвователей сейчас не было, занять где-то тоже непросто.

Он подошел к свечной лавке возле выхода из церкви…

— Матушка, а помните приходил военный на днях, благодарил Господа за спасение и хотел конверт оставить?

— Да, батюшка, конечно помню. Вот он, конверт, так и лежит здесь, в сейф я его убрала.

Она загремела ключами и, открыв железную дверцу, вытянула из недр шкафа конверт. Протянула отцу Виталию. Он так и был не распечатан. Священник взял пакет и тут же вернул:

— Матушка, вскрывайте, давайте посчитаем.

Работница лавки аккуратно надорвала конверт сверху и достала купюры. Разложила их на кучки: пятитысячные, тысячные, пятисотки и сотки. Тщательно пересчитала и написала на листочке итоговую сумму. Протянула бумажку батюшке. Он взял ее и замер, уставившись на надпись. Губы его двигались беззвучно. Он был словно парализован. Женщина заволновалась:

— Ой, батюшка, что с вами? Все в порядке? Что случилось?

— Ох, матушка, ну-ка еще раз посчитайте. – Он потер лоб и принялся внимательно смотреть, как женщина снова считает купюры и пишет итоговую сумму.

Она посчитала. Говорит:

— Вот, шестьдесят две тысячи рублей, батюшка.

— Шестьдесят две тысячи! – эхом отозвался отец Виталий.

Он взял деньги, положил в конверт и отнес ждавшей его возле иконы женщине.