Дружба чистых сердец - Оксана Евгеньева Страница 22

— И что? – грубо ответила она.

Я и сама подумала: и что? Чего это я к девочке прицепилась.

— Я Васю ищу. Знаешь его?

Лицо девочки еще больше помрачнело.

— Васька пропал. Его здесь нет.

— Я в курсе. Но мне хотелось бы понять, куда он подевался.

— Слушайте, тетенька. Полиция не поняла. Поисковые отряды не поняли. А вы хотите просто вот так поговорить со мной и понять?

Тон Юли был агрессивным, я растерялась. Никогда не имела никаких дел с детьми.

— Дуракам везет, – только и смогла ответить я и улыбнуться.

— Зря вы так думаете. Дуракам не везет больше всех, – сказала Юля, развернулась и бодрым шагом направилась в другую от меня сторону. А я растерянно смотрела ей вслед.

* * *

В доме было тихо. Отдыхающие, скорее всего, отправились снова на пляж, потому что отдых здесь был беспощадным, настроенным на одну схему: проснулся, поел, искупался, пообедал, поспал, искупался, прогулялся, поужинал и спать. Для родителей с маленькими детьми и уставших от работы людей – идеально. Хотя, мне кажется, что через дней пять такого отдыха начинаешь потихоньку ехать кукушкой. Особенно, если путешествуешь не одна, а с детьми.

Я дошла до своей комнаты. Мне очень хотелось отдаться царству ортопедического матраца и пуховых подушек и остаток дня провести в любимой позе – лежа на спине и вглядываясь в потолок. Но. В голове вертелись слова Николая Ивановича про мое восстановление. Я злилась на старикана, потому что он судил меня, совсем ничего не зная.

Я прошлась по комнате, посмотрела в окно, потом на телефон. Никаких сообщений от Максима не было. Машка давно мне не писала, а вот мама звонить не любила никогда. Она мучила меня своими визитами, но задалбывать по телефону – не ее метод.

Я взяла новое полотенце и решила пойти и поплавать. Да так, чтобы мои мышцы зазвенели от напряжения.

На пляже опять происходило какое-то действие. Конечно, когда люди сильно ограничены в занятиях и развлечениях, они устраивают шоу на пустом месте. Я ускорила шаг, чтобы ничего не пропустить, потому что персонажи, затеявшие разборку, мне были знакомы.

Поддатый хмырь из заветной троицы из нашего дома стоял в одних трусах и орал на свою беременную девушку. Это был пьяный некрасивый перфоманс, потому что девушка молча и спокойно давала этому козлу себя отчитывать. Конечно, я пропустила момент начала ссоры, поэтому завязка происходящего оставалась для меня тайной. Но что бы не сделала эта барышня, она точно не заслуживала к себе такого отношения. Внутри меня все закипало.

Я была не единственная, кого эта сцена не устраивала. Потому что Лешка, племянник управляющего, пытался вклиниться в эту разборку и угомонить своего дружка. Безуспешно. Люди по соседству внимательно наблюдали, но никто не вмешивался, по непонятной причине. Хотя некоторые мужчины и женщины привстали со своих тряпок.

Жизнь научила русского человека не встревать в семейные разборки, потому что при любом исходе можно стать виноватым и еще отхватить подзатыльников не только от пьяницы, но и от его жены. Поведение беременной девушки настолько выбивалось из нормальной картины – она не спорила, не защищалась, не плакала. Просто молча стояла и изредка повторяла: «Егор, пойдем домой. Не надо так».

Егор был на взводе. Егор ревел. Он пылал ненавистью. Он рычал и тыкал пальцем в свою возлюбленную. Его слова было сложно разобрать. Только одна фраза была явственной: «Как же я вас всех ненавижу, ублюдков трусливых».