Мы те, кто умрет - Стасия Старк Страница 222

***

Я захожу в свою комнату и оставляю меч у стены рядом с пармой и мечом, которые дал мне Тиберий. Мои руки дрожат, когда я ополаскиваюлицо водой, но я умудряюсь собраться и иду к целителям, чтобы проведать Леона и Мейву.

Эксия улыбается мне.

— Мейва ненадолго проснулась несколько часов назад. У тебя была тренировка, поэтому мы не стали беспокоить. Она снова заснула, но это очень хороший знак. Если хочешь, можешь посидеть с ней, пока она снова не проснется.

Напряженный узел в животе начинает расслабляться, и я киваю, не в силах ответить. Эксия ласково улыбается и уходит, оставляя меня прильнувшей к стене, пока слабость в коленях не проходит.

Сначала я навещаю Леона. Целители сменили повязки на его ребрах, и на них больше нет пятен крови. Он все еще бледен, но дышит глубоко и ровно.

Я сажусь у кровати Мейвы и изучаю ее лицо.

— Арвелл? — Голос Мейвы звучит хрипло, и она открывает глаза, мутные от недомогания.

— Я позову целителя, — бормочу я, а она качает головой, пытаясь схватить меня за руку. Но Эксия уже входит в комнату, как будто почувствовала, что Мейва проснулась.

Она улыбается Мейве, как очень умному щенку, только что освоившему новый трюк.

— Уже проснулась. Тебе нужно обезболивающее?

— Нет.

— Да, — говорю я, и Мейва бросает на меня взгляд.

Эксия смеется.

— Может, я вернусь через несколько минут?

Мейва улыбается ей.

— Спасибо. — Она пытается сесть, и я беру подушку с комода рядом и подкладываю ей под голову.

Как только Эксия уходит, между нами повисает неловкое молчание.

— Прости. Я не хотела тебя будить.

— Я и не спала. Просто дремала. Спасибо. — Мейва смотрит мне в глаза. — Ты спасла мне жизнь.

— В конце концов, ты бы взяла себя в руки. — Это ложь, и она слабо улыбается мне.

— Верно. Как только перестала бы блевать. Что именно произошло?

Я глубоко вздыхаю.

— Эстер и Балдрик решили убить тебя. Из-за меня.

— Я не думаю, что тебе стоит брать на себя ответственность за их действия, учитывая все обстоятельства. Что произошло, когда я… отключилась?

— Мне пришлось сражаться с Рорриком.

Мейва замирает.

— Как ты осталась в живых?

— Он решил поиграть со мной, а не убивать. Все слышали, что тебя накачали чем-то, а это против правил. И… Роррик был не особо доволен, когда узнал об этом.

— Его мать, — шепчет Мейва, закрывая глаза.

— Что ты имеешь в виду?

— Ее накачали чем-то и похитили. И он больше никогда еене видел.

— Откуда ты…

Она прикрывает один глаз, и я почти улыбаюсь.

— Дочь хранителя сигила.

— Спасибо. За то, что ты сделала для меня. Я не понимаю, почему ты так поступила после того, что я тебе сказала.

Я пожимаю плечами.

— Я заслужила все, что ты сказала. Ты права. Ты застала меня в неудачный момент, но всему остальному нет оправдания.

— Так скажи мне, почему.

Я вздыхаю.

— Шесть лет назад я сражалась в «Песках» со своей лучшей подругой.

Она кивает.

— Я догадалась об этом, когда Балдрик назвал тебя чемпионкой.

— Одна из противниц Кассии подкупила пару человек, чтобы сразиться с ней, и внезапно наш бой стал смертельным. Я действовала слишком медленно. И Кас умерла на моих глазах.

Лицо Мейвы искажается от мучительного сочувствия. Я продолжаю говорить, потому что уверена, что смогу произнести это только один раз.

— В тот момент, когда Кас перестала дышать, все остальное тоже рухнуло. Наверное, я оцепенела. Оцепенела и застыла. Шесть лет я не позволяла себе горевать. Потому что испытывать скорбь означало, что я смогу исцелиться. Это могло бы означать, что я забыла о ней. О том, как много она значит… значила для меня. — Мое горло внезапно сжимается так, что больно дышать. — А это означало бы, что я любила ее недостаточно. Это означало бы, что она действительно ушла и ее уже не вернуть.