Семь слонов - Игорь Патанин Страница 23

Анна кивнула, присаживаясь на стул с другой стороны кровати.

— Что говорят о препарате, который ей вводили?

— Они так и не смогли точно определить его состав, — Елена Андреевна потерла виски. — Какая-то неизвестная формула. Смесь нейролептиков, психотропных веществ и чего-то ещё, что они не могут определить. Но говорят, что серьёзных повреждений мозга нет. Это уже хорошо.

— Она просыпалась?

— Да, несколько раз. Но ненадолго. Говорит странные вещи… — голос Елены Андреевны дрогнул. — Рассказывает о девочке по имени Катя. Говорит, что она помогала ей там, в санатории. Предупреждала, объясняла. А ведь Катя Воронова погибла двадцать лет назад!

Анна молча наблюдала за спящей Софьей. Легкая дрожь ресниц, едва заметное движение глаз под веками — что ей снится сейчас? Какие образы создает сознание, побывавшее в руках Беркута?

— Это из-за препарата, — наконец сказала Анна. — Галлюцинации, изменённое восприятие. Постепенно всё должно пройти.

— А если нет? — в глазах Елены Андреевны мелькнул страх. — Если он что-то сделал с ее разумом, что нельзя исправить?

— Мы сделаем всё возможное, — твёрдо ответила Анна. — У нас есть Беркут. Он ответит за то, что сделал. И расскажет, как помочь Софье.

Елена Андреевна вдруг закрыла лицо руками, и её плечи затряслись от сдерживаемых рыданий.

— Это моя вина, — прошептала она. — Я впустила их в нашу жизнь. Сначала Беркута, потом Виктора…

— Вы не знали. Не могли знать, — Анна положила руку ей на плечо. — Они профессионально манипулировали вами. Использовали препараты, чтобы сделать вас внушаемой, доверчивой.

— Но я должна была защитить её…

Разговор прервало тихое движение на кровати. Софья открыла глаза — ясные, осмысленные, не такие мутные, как раньше.

— Мама? — голос был слабым, но узнаваемым. — Анна Витальевна?

— Я здесь, милая, — Елена Андреевна взяла дочь за руку. — Как ты себя чувствуешь?

— Устала, — Софья попыталась улыбнуться. — И голова тяжёлая. Как будто… там что-то лишнее.

— Тебе нужно отдыхать, — Елена Андреевна гладила дочь по волосам. — Набираться сил.

Софья перевела взгляд на Анну.

— Вы поймали его? Доктора Беркута?

— Да, — кивнула Анна. — Он арестован. И ответит за всё, что сделал.

— А Игорь? Учитель физкультуры?

— Он сбежал. Но мы его найдем, не волнуйся.

Софья закрыла глаза, словно собираясь с мыслями. Потом снова посмотрела на Анну.

— Они не одни. Их много. Коллекционеры. И они придут за мной… за нами.

— Кто такие коллекционеры, Софья? — Анна подалась вперед, но увидела предупреждающий взгляд Елены Андреевны — не утомляй её. — Ты можешь рассказать позже, когда отдохнёшь.

— Нет, я должна сейчас, — в голосе девочки появилась настойчивость. — Пока я помню. Пока всё ясно.

Она приподнялась на подушке, и Елена Андреевна помогла ей сесть.

— Беркут говорил… о трансформации. О том, что человеческое сознание — это пластилин, из которого можно лепить новые формы. Он… экспериментирует с этим много лет. Создаёт новых людей из старых. Перепрограммирует личности.

— Мы знаем, — мягко сказала Анна. — Мы нашли его лабораторию.

— Это не просто лаборатория, — Софья покачала головой. — Это… фабрика. Они производят новых людей. Людей, которые думают определенным образом. Которые… принадлежат им.

— Тебе нужно отдохнуть, — снова вмешалась Елена Андреевна. — Ты слишком взволнована.